Он указал взглядом на скейты у нас под ногами, потом предложил скатиться по медленному спуску дальше по улице. Как бы наперегонки. Кто доедет до небольшого магазинчика в самом конце, перед поворотом налево, тот выиграет.
Я приняла вызов.
Мы встали на одном уровне, удерживая доски одной ногой.
– Готова проиграть? – усмехнулся Элиас.
– В прошлый раз это закончилось твоим поражением.
Он пожал плечами, не зная, что ответить, но мои слова его совсем не задели; это было видно по выражению его лица.
Итак, мы приняли готовую стойку, слегка наклонившись.
Наши скейты ехали почти на одном уровне, разве что Элиас казался на пару сантиметров дальше от меня, поэтому я взяла дело в свои руки. Я отталкивалась ногами, успевала даже флипы и мэнуалы совершать. Мне хотелось не столько прийти к финишу первой, сколько впечатлить его тем, что я умею делать. А скорость, с которой мы ехали, позволяла мне исполнить задуманное.
И вот мы почти доехали.
Огромной ошибкой Элиаса стало то, что он напоследок, видимо, уже уверенный в своей победе, повернулся ко мне.
Я остановилась возле того самого магазина и повернулась в сторону Элиаса, свалившегося буквально за полметра до пункта назначения. Он выглядел непривычно глупо, сидя на земле передо мной.
Видит Аллах, я пыталась сдержаться. Сначала старалась взять под контроль вырывающийся наружу смех, потому что с моей стороны непозволительно было бы хохотать над чужаком.
Но я потерпела неудачу: смех самым настоящим взрывом полился из моего рта.
Я хохотала до боли в животе, а пришла в себя только в тот момент, когда заметила, что он неотрывно смотрел на меня все это время. Не было в его лице смущения, злости или раздражения из-за моего поведения. Ведь как отреагировал бы человек, больно приземлившийся на задницу, на дуру, которая стоит и смеется над ним? Правильно, любой бы разозлился.
Любой, но только не Элиас.
– Что? – спросила я, с трудом остановив свой хохот, но еще продолжая бесконтрольно улыбаться.
Он, продолжая на меня неотрывно смотреть, заговорил:
– У тебя красивый смех… И улыбка. Она тебе к лицу.
И это были первые слова от Элиаса Конли, которые не вызвали у меня раздражения за все время нашего знакомства.
Глава 16
Мы катались до часу ночи.