Решил, что это очередной срыв и приступ хандры. Так, ладно, едем в больницу, — отставив кофе и отобрав у меня пакет с круассанами, вынес вердикт друг.
— Нет, — покачала головой, возвращая себе рогалик: — Со мной все в порядке, а амнезия особо ничем не лечится. Разве, что отправят в дурку на радость Альбертику.
— А ему какой толк?
— Не знаю. Он явился на следующее утро после моего возвращения. Весь такой любвеобильный. Жуть. Еле отделалась.
— А связывалась зачем?
— Так плешь проели — без мужчины нельзя, для здоровья полезно…
— И приличней никого не нашлось? — полуутвердительно спросил Михаил.
— Нет, конечно, ты же женат, — часто хлопая ресницами, подразнила я доставшегося в наследство друга. — Кстати, как там Лара и Ваня?
— Как обычно. Лара за тебя очень переживала. Да и Ванька обиделся, что ты его с днем рождения не поздравила.
— Каюсь, исправлюсь, — шутливо отрапортовала я.
Отвернулась к столу, заваривая свежий чай. Ваньку я любила. Только общалась с ним нечасто, потому что всякий раз при встрече вспоминался Марк.
Смахнула непрошеную слезу, напоминая себе, что нужно смотреть в будущее.
— Что же мне с тобой делать? — задумчиво поинтересовался Мишка, давая понять, что ничто не может укрыться от его пристального взгляда.
— Помоги выяснить, где я была и что со мной случилось.
— Угу, тут помоги, с Бертиком разберись….
— С Бертиком я сама. Ты лучше на всякие новомодные штучки проверку дома организуй.
— И охрану. Телохранителя найму.
— Зачем?
— А вдруг Бертик на тебя покусится? Мне спокойней будет.
— Миш, ты же знаешь, что есть завещание и Бертику ничего не светит. Да, и с какого? Он не муж, ни сват, ни брат. Так редкая замена вибратору.
— Главное, чтобы эта «редкая замена» не узнала про беременность, а то ты еще девять месяцев от него не избавишься. И потом только через тест ДНК, — фыркнул друг, забирая мой стакан с уже остывшим кофе. — Угораздило же тебя, непутевую…
Никогда не могла понять, как он это делает.