— Голос Фила был твердым и уверенным, и Нелли решила, что не будет переживать. Она будет наслаждаться.
В порыве чувств Нелли обняла Фила. От него все так же пахло ее гелем и чем-то особенным, едва уловимым, мужским — чистотой и дымом. Она не понимала точно, но могла сказать одно — ей нравится этот запах. Ей нравится чувствовать его разгоряченное после душа тело. Ей нравится быть рядом с ним.
— А почему ты так странно выглядишь? — спохватился Фил, подозрительно глядя на губы Нелли.
Она немного смутилась.
— Да так…
— Ты ни с кем не целовалась? — приподнял бровь парень.
— Только если с твоей бывшей, — хихикнула Нелли. — Но нет, змей я не целую. А вот одного маленького медвежонка с удовольствием бы поцеловала…
Девушка сомкнула руки на его шее и привстала на носочки, чтобы коснуться своими губами губ Фила — сухих, обветренных и горячих. По ее венам тотчас разлилась нежность, с руки стали слабыми, а в голове закружился целый водоворот из романтических мыслей.
Их губы несколько раз соприкоснулись в невинном поцелуе.
— Это третий раз, Фил, — прошептала Нелли. — Третий раз я целую тебя сама. Больше не стану.
— Я запомнил, — кивнул он и погладил ее по волосам.
Вечер они снова провели за сериалом и разговорами.
Фил и Нелли выздоравливали быстро — то ли лекарства оказались хорошими, то ли помогало общество друг друга. Целыми днями они болтали, или смотрели сериалы, или слушали музыку, и обоим это нисколько не надоедало — так же, как не может надоесть открытие целого нового мира, пусть этот мир заключен всего лишь в одного человека.
Иногда он глупо шутил — особенно когда разговаривал с братом. Тогда они оба превращались не то, что в подростков, а в сущих детей, подкалывающих друг друга на такие темы, от которых у Нелли просто глаза закатывались. А иногда так тонко иронизировал, что она просто не могла удержаться от смеха.