Его фанатка

Как же глупо, как унизительно все вышло!

Не замечая ее, компания направилась наверх, а Нелли, выждав, вышла на улицу и просто-напросто убежала от этого места куда-то в глухие дворы. А пока бежала, ревела, как девчонка.

Она не помнила, как вызвала такси, как доехала до дома, как оказалась в кровати. Помнила лишь то, как Фил нежно улыбался ей и целовал. И ей казалось, что вкус этого сладкого шоколадного поцелуя ей никогда не забыть.

Фил позвонил ей на утро, когда Нелли включила телефон, однако разговаривать с ним она не стала.

Написала сообщение, зная, как отомстить за его поступок:

«Извини, что ушла. Я поняла, что мы не сможем быть вместе. Груз твоего прошлого слишком тяжел. Бывших наркоманов не бывает, правда? Я не хочу постоянно бояться. Я так не смогу».

«Понимаю, Нэл», — ответил он после некоторого молчания.

«Помни, что ты очень красивая».

«Прости».

После того, что произошло, Нелли долгое время не могла прийти в себя. Первый день она просто лежала в своей кровати, свернувшись калачиком, и вспоминала Фила.

То, как он целовал ее — нежно и аккуратно, словно боясь обидеть своей настойчивостью. То, как предложил попробовать быть вместе. То, как обнимал Крис, которую называли его невестой. Ее щеки горели, словно по ним хлестали, а в глазах стояли слезы. Нелли казалось, что она перестала чувствовать собственное сердце, и что вместо него в ее груди отчаянно бьется все та же пустота. Ядовитая. Бесконечная.

Она то ненавидела Фила и мысленно проклинала тот момент, когда решила, что у них может что-то получиться.

У них — кумира и его фанатки. То вдруг начинала ненавидеть себя — за сообщение, которое написала ему. Нелли прекрасно знала, что не должна была делать этого, но желание сделать больно тому, кто сделал больно ей, победило. Как, Нелли и сама не поняла.

Все привыкли считать ее милой. Милой, веселой и задорной. Бесконечно повторяющей «кавай», «сугой», «оппа» и «файтинг». Маленькой. Глупой школьницей, у которой в голове одни мультики. Да, Нелли действительно была инфантильной — до поры, до времени.

А потом резко выросла. И пусть выглядела молодо, но давно была взрослой. Только никто этого не понимал — для близких она оставалась ребенком. И то, что Коварин считал ее подростком, было показательно — так думали все. Почти все. Только мать, когда поздравляла Нелли по видеосвязи, сказала: «Боже, как же ты выросла». Разумеется, в ее глазах она выросла. Мать ведь не видела ее несколько лет — только фото да видео.