А блондинка, широко улыбаясь, спросила:
— Вы же… Фил, да? Музыкант? Боже, я ваша фанатка! Можно ваш автограф?!
— И я ваша фанатка! — закричала брюнетка. — Давайте сделаем селфи?
— Пожалуйста-пожалуйста.
Глаза Лерки широко распахиваются — она вдруг и сама узнала известного музыканта. Смотрела на него и не могла поверить, что встретила его здесь, возле школьного крыльца. А ведь когда-то в их школу приезжал даже Кей…
— Я жду, — любезно напомнил Фил. — Или мы пойдем к директору. И да, у меня кое-что записано на авторегистратор, — кивнул он на машину, на которой приехал к школе.
— Извини, — с ненавистью буркнула Лерка, и только тогда Фил ее отпустил.
— Можно автограф? А можно селфи? — не отставали от него припевалы, но Фил проигнорировал их, подошел к Нелли и внимательно осмотрел. Увидев ссадину на ее скуле, нахмурился. И в его темных глазах промелькнуло что-то опасное.
— Все в порядке? — тихо спросил Фил, а она лишь кивнула в ответ, чувствуя себя идиоткой.
Игнорируя восторженные вопли подпевал, он подошел к онемевшей Лерке и тихо сказал ей на ухо:
— Еще раз увижу около Нелли Радовой, пожалеешь.
В ответ Лерка лишь кивнула — словно в ступор впала. А Фил, как ни в чем не бывало, взял Нелли за руку и повел к своей машине.
— А автограф?! — заорали ему вслед подпевалы.
— Передам через Нелли, если она захочет, — повернулся к ним Фил и улыбнулся. Он снова стал милым медвежонком.
Фил по-джентельменски открыл перед Нелли переднюю дверь, усадил, помог застегнуть ремень, и только потом сел на водительское сидение.
— Ты точно в порядке, Нэл? — с заботой в голосе спросил он.
— Все хорошо, — ответила Нелли.
— Может быть, в больницу?
— Нет, ты что! Я правда в порядке!
— Возьми воду. И салфетки, если нужно. Так, сиди смирно, заклею царапину, — велел Фил. Он действительно достал пластырь и, клея его, кончиками пальцев коснулся ее лица. Нелли даже дышать перестала от волнения. В груди стало горячо. Казалось, вместо сердца в ней бьется маленькое солнце.
— За что они тебя? — закончив, спросил Фил.
— За то, что отличаюсь от них, — усмехнулась Нелли, стараясь не выдать волнения.
— Понимаю, — вздохнул он. — В детстве я был не похож на многих ребят во дворе. Знаешь, есть такие дети — слишком добрые и наивные. Над такими всегда весело шутить и делать игрушкой для битья. Брату постоянно приходилось ото всех меня защищать. Он до сих пор защищает меня.
— От чего? — удивленно спросила Нелли.