"
"— Я хочу сказать, что молодость — это же хорошо? Я здорова, умею готовить, убирать тоже смогу. В постели я Я все, что Что захотите, я смогу.
Булат смотрел на нее с совершенно нечитабельным выражением лица, потом указал на дверь, ведущую вглубь квартиры. Комната оказалась чем-то, вроде кабинета. Мужчина повернулся к Поле и теперь, уж точно не сдерживаясь, рявкнул:
— Мне нужна сексуально раскрепощённая взрослая женщина. Посмотри на себя, ты же чуть в обморок не упала, только заговорив о постели! Куда ты суешься? Дома сиди и в куклы играй, а не лезь к взрослым дядям с глупостями.
Видимо от обиды за всю несправедливость в ее жизни, Полька не менее яростно закричала:
— А нет у меня дома, и кукол давно уже нет! И жизнь в розовом цвете для меня уже года четыре, как не существует, с тех пор, как в интернат загремела! И не надо мне тут морали читать, я, может, таким способом выжить пытаюсь!
Наверное, от неожиданности отпора Булат не знал, что сказать, а Поля, как-то сразу утратив всю детскость, тяжело привалилась к стене и устало продолжила:
— Я из интерната выпустилась летом, четыре года там провела после гибели родителей.
Булат выслушал все молча, и только взгляд его тяжелел, и закипало в нем что-то темное.
— Твою ситуацию я услышал. В положение вошел. В связи с этим у меня к тебе вопрос и пожелание.
Полина кивнула, стараясь по-детски не разреветься и не отвести глаз.
— Сними куртку. Кот в мешке мне без надобности.
На несколько секунд Поля просто онемела.