Пить жутко хочется!
– Уже бегу, пап! – Алекса загремела чайником, а потом вдруг насторожилась. – Пап! Ты же… ты же не стал ее мужчиной мечты?!
– Тьфу ты, Аля! Скажешь еще! Нет, конечно! Я теперь намного круче, чем мужчина мечты директрисы.
– Это как?"
"– Не скажу. Все, я подъехал, заканчивай болтать, сейчас поднимусь.
… Полусырые пельмени расползались по тарелке, прилипали к зубам и застревали в горле.
«Нет, так не может продолжаться, с этим надо что-то делать», – запивая их горячим сладким чаем, чтобы не подавиться, размышлял Северский.
Поэтому награду было необходимо принять. В их с Алей случае – съесть, что и делал Андрей под немигающим взглядом маленькой кудряшки-дочери.
«А психологиня все равно динамщица!» – обиженно подумал он и тут же вспомнил, что не отдал ей коробки.
«Ну, елки зеленые!» – разочарованно выдохнул Северский.
– Аля, у тебя телефона психологини, случайно, нет? – обреченно поинтересовался у дочери он.
– А тебе зачем? – насторожилась маленькая проказница.
– Коробки свои она у меня в машине забыла, вот зачем.
– А что психологиня делала в твоей машине ночью?!
– Я ее до дома подвез.
– Как – до дома?! У нее же своя машина есть!
– Какая разница?
– Какая разница?! У тебя с ней, что, роман намечается?
– Дочь, какой роман?! Поменьше турецкие сериалы смотри! – раздраженно фыркнул Северский и отодвинул от себя наполовину полную пельменей тарелку.
Аля взглянула на тарелку и испуганно затараторила:
– Папа, это ты с ней роман решил закрутить, потому что я плохо готовлю? Нам никакие другие тети дома не нужны, пап! Я научусь хорошо готовить, обещаю! Это сегодня я промахнулась чуть-чуть, когда пельмени варила! А завтра все будет на «отлично»!
– Аля, успокойся! Не хватало еще, чтобы ты дом спалила в процессе!
– Пап, поклянись, что никого не приведешь в наш дом!
– Аля, да успокойся! Чего ты завелась? Никого я приводить в дом не собирался! У Златы просто машина не заводилась, вот я ее и подбросил до дома.
– У Златы?.. Она уже Злата…– Маленькое личико вытянулось в отчаянии.
– Аля, иди спать, а? Денек сегодня сложный выдался, а тут еще ты со своими глупостями! Дай мне спокойно посидеть хоть немного, – устало отмахнулся от дочери Северский.