Поэтому я просто упустила момент с ухудшением ее здоровья, о чем сильно теперь жалела.
Увидела я так же ворох разнообразных листочков-напоминалок, разбросанных то тут, то там, с важными номерами телефонов, с именами нужных людей (например, почтальона или слесаря), с перечнем лекарств, которые нужно принимать по часам. Да и просто мелочи, которые могли помочь восстановить память:
«Максим Матвеевич — сантехник. Усы. Звонить после обеда»
«Нина — сиделка. Родинка над губой»
«Ангелина, дочь. Живет в Санкт-Петербурге»
То, что она написала упоминание даже обо мне больно укололо.
Нина действительно оказалась сиделкой, которая приходила трижды в неделю помогать по дому. Бесплатно, от соцзащиты. Мы созвонились и она подтвердила мои опасения — оставаться одной маме небезопасно, нужен постоянный присмотр.
— В прошлую среду она оставила включенным утюг и уснула, а позавчера ушла за молоком и потерялась, с горем пополам отыскали в другом районе.
Мне было дико жаль маму и я решила, что заберу ее себе.
— Сейчас еще может и ничего, но через полгода, боюсь, ей понадобится круглосуточный присмотр.
— Ну и что! Я готова! — с жаром отозвалась я, но доктор быстро развеял мою самонадеянность. Придется бросить работу, забыть о личной жизни и посвятить себя немолодой женщине словно ребенку.
— Есть прекрасные пансионаты для пожилых с подобными проблемами, в которых соблюдены все условия, и по вполне демократичным ценам.
Как бы мне того не не хотелось, но, видимо, придется воспользоваться предложением Бойко и связаться с пансионатом, где проживает его бабушка.
Кстати о Бойко: рано утром приехал его товарищ Антон, который оказался довольно известным юристом в нашем городе. Он, отказавшись от завтрака, внимательно изучил бумаги и подтвердил слова Свята — договор составлен необычайно криво.
— Нужна очная встреча, только так.
Вот тут Свят пожалел, что пригласил интеллигента Антона, ведь для «очной» встречи больше подошел бы да тот же Соболев, любитель помахать кулаками.
— Не вздумай нарваться на неприятности, слышишь меня! Давай позвоним в полицию, пусть они занимаются, мошенничество — их профиль! — увещевала я накидывающего в коридоре куртку Бойко. — Я запрещаю тебе уходить!
— Да брось, все будет нормально. И не с такими справлялись.