Уходи и Бога ради, не попадайся мне больше на глаза. И на лекции не приходи! Я переступлю через себя и поставлю тебе все зачеты. Я готова на все, лишь бы больше никогда тебя не видеть.
— Я приходил не за тем, чтобы ссориться. Остынь.
— Остыть? Ты сам не знаешь, о чем просишь. Да когда я тебя вижу, мне хочется одного — как можно скорее убраться от тебя подальше!
— А вот теперь врешь ты, — улыбнулся он и, перехватив мои руки, подтолкнул спиной к стене. — Совсем не этого ты хочешь. Впрочем, как и я.
Я не успела ничего ответить, потому что он заткнул мой рот поцелуем. Требовательно-наглым, бессовестно-напористым.
Я тысячу раз думала о том, каким бы мог быть наш поцелуй в лифте, и ни разу он даже близко не был похож на тот, каким он был сейчас. Страсть затопила с головой, я даже не могла подумать, что вообще способна на подобные эмоции.
В голове забилась паническая мысль: Нельзя! Прогони его! Не вздумай растаять! Но было уже поздно, противостоять его губам, его рукам, было категорически невозможно.
Я сама вцепилась в него словно голодная кошка, не думая о последствиях, очертя голову. Куртка, футболка, джинсы, моя сопротивляющаяся блузка и нижнее белье… Мы сгорали от прикосновения обнаженных тел, погребя мораль под сокрушающей страстью.
Клин вышибают клином — лучше поддаться и, может, потом, после того как мы переспим, наконец отпустит.
Так сильно я еще никогда не ошибалась.
Глава 20
Я не чувствовала никакой неловкости, когда, тяжело дыша, пришла в себя в его объятиях. Ни вины, ни раскаяния, ни терзаний, что совершила ошибку. Только мысль — я попала. Вляпалась по самое не хочу.
Я точно никогда не смогу с ним больше дружить, после такого секса это невозможно. И я знала, что таким он был не только для меня.
Мы молчали, и я не знала, что за мысли лениво ворочаются в его голове, но в моей наконец-то наступил долгожданный штиль. Я было готова ко всему: что он оденется и уйдет, поставив очередной трофей на полку побед.
— А ведь я тебя на дух не переносил сначала.
Я повернула на него голову в немом вопросе."
"— Серьезно, мне казалось, что ты меркантильная сука. Хотел отыграться на тебе.