— Мы с Еленой действительно очень близки, — на моём лице тут же появилась хитрая улыбка. — И сегодня вечером мы с ней станет ещё ближе с перспективой всего через несколько месяцев стать родственными душами.
— Подожди, ты хочешь сказать… — Елизавета умолкла, так и закончив фразу. Однако по её взгляду было понятно, что она всё поняла.
— Некоторые вещи надо было сделать уже давно, так что я решил больше с ними не тянуть. К тому же мне сегодня стукнуло семнадцать, что позволяет мне без лишних заморочек совершить задуманное.
— О нет, я очень даже рада таким новостям, — сказала матушка Лены. — Конечно, всё и так к этому шло, ни у кого не было в этом сомнений, но как мать я очень рада тому, что имеется некая определённость. Да и чего греха таить — нет для моей дочери куда более достойного мужа чем ты. Хотя я согласна с Леной, что ты очень части не только по чужой воле, но и по собственному желанию ввязываешься в различные опасные истории.
Полагаю теперь можно открыто заявлять о том, что мы с тёщей нашли общий язык. Авось с её помощью удастся повлиять на Лену и тогда она будет меньше бурчать на высказанную сейчас Елизаветой тему. Нервы у меня не казённые, желания их тратить на ненужные споры не от слова совсем.
"Я в принципе был очень даже не против ещё чуть-чуть пообщаться с Елизаветой, но тут на мой день рождения заявился совсем уж нежданный и неожиданный гость. Охранник на входе очень уж яро зазвенел в колокольчик, так что мы с тёщей тут же повернули головы ко входу. И увидели Алимцэцэг в сопровождении её отца Хангана. Вот те здрасте! Нет, через Алимцэ, конечно, было передано устное приглашение для хана, но это было исключительно жестом вежливости.
Вместо этого он прилетел в Москву и прибыл на праздник. Вот те и сюрприз, ага.
— Кажется у тебя появились срочные дела, — сказала Елизавета.
— Это ещё мягко сказано. Прошу прощения, но мне нужны идти.