Ей показалось, или мужчина на самом деле побледнел?
— Наташа… Слушай, дай мне всё же тебе помочь.
Она покачала головой.
— Я не хочу никакого секса.
— Болит? Там?
Господи… Они обсуждали её половые органы. Докатились.
— Ничего у меня нигде не болит, — процедила она сквозь плотно сжатые губы, мечтая поскорее оказаться в машине, а ещё лучше — в самолете.
Федор нахмурился сильнее, и Наташе даже показалось, что он раздался вширь и ввысь.
— Я могу помочь, — вторично сказал он, тщательно выговаривая каждое слово.
Ната уже готова была взвыть от отчаяния.
— Ты ничем не можешь мне помочь."
"— Могу, — продолжал он настаивать. — Я не предлагаю сейчас заняться традиционным сексом. Но я могу дать тебе облегчение руками и… губами.
Наташу обдало жаром, на лбу и на спине выступила испарина. Он всерьез предлагает заняться оральным сексом? Вернее… Сделать ей куни. Правильно она его понимает?
Воображение тоже сегодня играло против неё, потому что в голове сразу же ярким огнем вспыхнула картина, где она лежит на диване с широко раскинутыми ногами, одна даже поставлена на спинку, а Федор стоит на коленях между её бедер…
Волна возбуждения скрутила Наташу с такой силой, что девушка схватилась за живот.
— Ната!
Федор оказался рядом и, преодолевая сопротивление, обнял её за живот.
Скрутило ещё сильнее.
— Я не понимаю… Это… это наказание какое-то… Что, черт побери, ты со мной сделал?
— Ты меняешься, Наташ, — глухо, точно он так же, как и она испытывает физическую боль, отозвался мужчина.
— Может, тогда тебе убраться от меня подальше? — Наташа не замечала, как грубила. Ей было не до сантиментов. Зато страх перед этим широкоплечим красавцем окончательно растворился.
— Истинная, — его глаза предупреждающе потемнели, — не шути так.
— Но мне плохо!
— Млять! Женщина! Ты меня слышишь?! Я знаю, что тебе плохо! И хочу помочь! Какого ты меня отталкиваешь?
— Я не хочу секса! — как мантру снова и снова повторяла она, не замечая, как левой рукой вцепилась ему в плечи.
Мужчина приглушенно зарычал.
— Твоё тело требует…
— Я ничего не хочу слышать… ничего…
Она заплакала и не услышала, как Федор выругался и порывисто притянул её к себе. Она интуитивно подалась вперед, к нему, безвольно ища защиты и облегчения. Он успокаивающе гладил её по спине, по голове, нашептывая ласковые слова, обещая, что всё обязательно будет хорошо.