Он нахмурился, вспоминая, и на его идеально чистом загоревшем лбу появились две резкие морщины.
– Я точно не помню. Где-то в пределах пятисот километров.
– Так… а с учетом перегруза сколько пролетим?
– Думаю, двести километров протянем. Машина довольно надежная. Нам бы только в воздух подняться.
– К машине! – скомандовал капитан. – Все лишнее с себя снять! Оставить по одному магазину на автомат! Остальное закопать под сараем! Шест, проследи!
Детонатор испуганно схватился за свой несколько похудевший, но все еще объемистый рюкзак.
– Виталька, даже не думай! – с угрозой сказал Шест. – Пошли выполнять приказ! Вытаскивай лопатку!
Через пять минут запыхавшиеся разведчики закончили работу. Еще пять ушло на маскировку схрона.
Варяг заставил сесть в кабину Детонатора, а сам устроился на металлических полозьях, на которых уже сидели разведчики. Скрюченного Гиваргиса, на лице которого выражалась полная покорность судьбе, затолкали в кабину вместо заднего узкого сиденья, которое сняли и выбросили за ненадобностью.
– На чем мне только не приходилось летать и ездить! – крикнул Шест в ухо Сергею. – Но вот так, как дерьмо на палочке, я лечу в первый раз! Наверняка на заднице косой шрам останется на всю жизнь!
Сергей кивнул и с тревогой ощупал металлическую конструкцию полозьев. Выдержат ли? Не оторвутся?
– Не должны! – понял его Шест. – На них же вертолет садится! Ну что, летим?!
Китаец до предела увеличил обороты двигателя.
– Держись! – заорал капитан, поднял руку и ухватился за порог открытой кабины. Грохот винта перешел в закладывающий уши свист. Сергей зажмурился, крепко сжимая нагретую солнцем изогнутую трубу.
Через несколько секунд нестерпимого рева двигателя Китаец сбросил обороты, потом снова поднял их. Но все было бесполезно. Вертолет дрожал, словно больной в остром приступе лихорадки, винт рубил воздух, полозья ерзали по земле, но «Робинсон» не взлетал.
Варяг вытащил нож и постучал им по обшивке кабины. Китаец убрал газ. Маленькая машина перестала дрожать и осела на землю.