— Это не совсем верно, — возразила я, — я, как все, люблю перемыть кости знакомым. Но если человек меня предупреждает, то держу язык за зубами, никогда не выдаю чужих тайн.
Соня снова схватилась за салфетку.
— Тайна.., да.., давно это было…
— Объясни, в чем дело, — попросила я.
Сонечка набрала полные легкие воздуха и бросилась в повествование, как пловец с обрыва в море.
Я сидела тихо, стараясь не прерывать своими комментариями ее рассказ.
— Господи, вот кошмар!"
"Соня давно имеет машину, водитель она дисциплинированный, никогда не мчится и пьяной за руль не садится.
На землю опустились сумерки, шоссе вилось между деревьями, вокруг ничего не было видно: ни машин, ни прохожих.
Поэтому Соня, съехав с основной трассы на дорогу местного значения, перевела дух. Ее, хлебнувшую ликера, сотрудники ДПС не задержали. До дома пара минут езды, никаких неприятностей впереди не предвиделось.
Не успела Соня перевести свои мысли на кулинарию, как из оврага метнулась белая тень. Адашева не успела ничего предпринять — она ощутила легкий удар и, полная ужаса, попыталась остановиться, но машину по инерции протащило на несколько метров вперед.
На негнущихся ногах Соня вышла из салона и вцепилась в столб. В овраге лежала девочка, одетая в белое платье, на голове у несчастной невесть каким образом удержался венок из цветочков.
Соня, двигаясь как зомби, села в машину, добралась до дома и бросилась к отцу. Зелимхан Адашев был человеком хладнокровным, никогда не теряющимся в экстремальной ситуации.
— Надо вызвать милицию, — ломала руки Соня.
Отец втолкнул неразумную дочь в спальню и приказал:
— Сиди молча! Не вздумай пугать мать и сестру, жди моего возвращения. Сам займусь этой проблемой.