Я привыкла одна в спальне быть.
Я улыбнулась. В интернате, как правило, вместе ютятся одновременно четверо, шестеро, а то и большее количество ребят. Да детдомовцы мечтают очутиться в , комнате всего с парой кроватей.
— Поеду с вами при одном условии, — решительно продолжала Катя. — Обещайте записывать все потраченные на меня средства каждый день. Ну, примерно так: десятое августа — обед, ужин, конфеты. Итого: на питание двести рублей. Стирка белья, покупка одежды, квартплата, электричество… Я люблю в Интернете сидеть, абонентская плата пойдет.
А когда своими средствами распоряжаться смогу, то в тот же момент долг верну!
Я постаралась не измениться в лице. Хорошо хоть Катя предположила, что я буду преуменьшать, а не преувеличивать свои расходы.
— Идет? — спросила девочка. — Вы согласны?
Ну и как мне быть? Конечно, подросткам свойственны странные реакции, а Кате небось досталась от предков непомерная кавказская гордость. Насколько я знаю, Соня родилась в Москве, про отца ее, Зелимхана, я, правда, ничего не знаю, но он много лет жил в столице.
— Ну? — поторопила меня Катя.
— Хорошо, — кивнула я, — завтра же куплю амбарную книгу.
— Тогда сначала поехали ко мне домой, — деловито сказала Катя. — Я вещи соберу.
Глава 7
Роскошный особняк смотрел на мир черными окнами. Катюша уверенно щелкнула пультом. На одном из столбиков забора заморгала красная лампочка. Ворота медленно отъехали в сторону.
— Вы припаркуйтесь у задней двери, — велела Катя, — и подождите пока в гостиной, я постараюсь не задерживаться.
— Я не спешу, — быстро сказала я, — собирайся сколько хочешь.
Катя кивнула.
— Кофе хотите?
— Нет, спасибо, я лучше так посижу.
— Вон пульт от телика.
— Хорошо, не волнуйся.
Катюша резко повернулась и пошла к лестнице, я осталась одна в огромной, более чем пятидесятиметровой комнате.
Сколько у них книг! Полки идут от пола до потолка, и, похоже, тут полно детективов. Вон книги Марининой, Поляковой, Устиновой.., а еще Рекс Стаут, Дик Фрэнсис, Агата Кристи, Нейо Марш. Похоже, Соня страстная любительница криминальных романов.