— Что мне больно знать, что ты с ним? Да, Лия, мне очень больно. Почему я не иду на день рождения? По той же причине. Потому что мне невыносимо смотреть, как ты разговариваешь с другими, танцуешь, смеёшься. Потому что я хочу, чтобы всё это было только для меня. Честно ли чувствовать это, будучи связанными обязательствами с Эльвирой? Не думаю.
— Чувства либо есть, либо их нет, — шёпотом говорю я, ошарашенная его признанием. — Честность здесь ни при чём.
— Дата свадьбы была назначена ещё до того, как ты появилась в этом доме, — Леон запускает руку в волосы.
Я молча слушаю его исповедь, ощущая поднимающуюся тошноту. Общая квартира с ремонтом, политическая карьера отца, члены правительства в приглашённых гостях… Вот что ему даёт союз с Эльвирой. А что он получит, выбрав меня? Минет по утрам и начищенные до блеска ложки?
— С Эльвирой действительно трудно конкурировать, — тихо выговариваю я, пятясь назад. — Мне жаль, что ты оказался в такой ситуации… Думаю, ты делаешь правильно.
Из дома я выхожу на ватных ногах и со слезами, застрявшими в горле. Леон не пытается меня остановить. Он слишком владеет собой, чтобы поддаться секундной слабости.
Завидев меня, Пётр выходит из машины и по-джентльменски открывает дверь, к счастью, не замечая моего раздрая.
Пробормотав «спасибо», я тяжело падаю на пассажирское кресло. Пара минут — и я соберусь. Даже Леон и его предстоящая свадьба не помешают мне веселиться на дне рождения друга.
49
Небольшое здание отеля сияет сотнями огней, что делает его особенно уютным на фоне промозглой осенней ночи. Выпустив изо рта облако пара, я поплотнее натягиваю на плечи пальто и обещаю себе, что пара бокалов шампанского непременно исправит моё подавленное состояние.
— Тимур любит праздновать с размахом, — улыбается Пётр, кивая на швейцара в красной ливрее, расхаживающего у входа. — В прошлом году он арендовал СПА-центр.