– Мне всё понятно, – кивнула я, и не удержавшись, спросила: – А лечить людей мне можно?
– У вас есть разрешение? – тут же осведомился лекарь Еулий Крац, направляясь к своей пациентке.
– Н-нет, – негромко ответила я.
– Ну тогда не смейте приближаться к страждущим. Если вы что-то сделаете не так, да даже дадите настойку, вас тут же отправят в темницу, – резко обернулся он ко мне, чтобы я впечатлилась строгостью наказания.
– Я вас поняла, – вздохнула я, глядя на то, как какой-то мужчина присел у ног уже почти родившей женщины.
– Вот дорастёте до помощницы первого ранга, тогда сможете помогать нам, целителям. И роды принимать позволим, или заштопать простую рану. Но это произойдёт не раньше, чем через год, – припечатал он, – Анни, займись новенькой, покажи ей здесь всё, и пусть идёт помогать чистить первую палату, – после чего он занялся своей работой, а я смотрела и делала неутешительные выводы для себя, любимой.
Глава 13
Глава 13
Мои будни, если описать их одним словом, стали сумасбродными!
Ну а что? Рано утром я пешочком тащилась в срединный город, в лечебницу, чтобы драить полы, стирать грязные вещи пациентов в чанах с горячей водой, прежде эти самые чаны наполнив.
А ещё лекарь Еулий Крац запретил таким, как я приближаться к койкам больных. К страждущим имели право подходить только целители и все те, кто дослужился до медсестёр, а до этой ступени, увы, я пока не доросла.
Я стала прачкой и уборщицей, но никак не помощницей лекаря. Идти и жаловаться лестеру Холстену не было никакого желания, да и повода – он просто не примет моих притязаний, ибо, кто я здесь? То-то и оно, что никто, маргинальный человек, без пяти минут шпионка.
"То есть как бы мне ни хотелось подойти хоть к кому-нибудь из больных и проверить его состояние, угроза, что меня тут же уволят, и отправят в местные казематы, удерживала от опрометчивого шага. И ещё, казалось, что множество глаз работников следят только за мной одной, хотя таких работниц, как я, было около дюжины человек.