Надо придерживаться часовой стрелки, и будет счастье…
Один круг. Второй. А дальше что?
Он случайно выпустил окурок из губ, даже не заметив этого. Он вообще не помнил, когда закурил. Потом задымилась обивка на сиденье и припекло яйца. Хорошо так припекло. Сверчок подскочил, зачем-то врезал кулаком по сигналу и чуть не въехал в троллейбус. Проезжавшие водители оборачивались на дым, валящий из его салона. Кто-то смеялся. Девушка в «Лексусе» сделала ему ручкой. Сверчок поливал брюки и сиденье минералкой из бутылки и ругался на чем свет стоит.
Черный «Опель» тоже проехал мимо. Медленно. Рассматривали его, что ли? Уроды. Сам Сверчок никого не увидел, там тонированные стекла. Потом «Опель» резко набрал скорость и укатил вперед, на Крымский Вал…
Это его последний шанс.
На третий круг Сверчок не пошел, свернул на Кутузовский проспект – была не была. Без четверти семь. Пробки. Ему надо встретиться с Иван Иванычем во что бы то ни стало. Рассказать о ситуации. Может, он что-то придумает. У него должны быть какие-то варианты на случай провала.
«Неужели действительно придется бежать»? – с ужасом подумал Сверчок.
Старший брательник третий день не появляется дома, на звонки не отвечает.
И в тот же день, когда пропал Петька, Сверчок заметил: за ним следят. Сразу заметил, это было совсем не сложно. Три смены: на работу провожает один, встречает другой, вечером сопровождает третий. Иногда меняются сменами. Две машины: черный «Опель» и серый «Дэу». Даже не особо шифруются, как будто им это и не надо.
В родном КБ тоже что-то изменилось. Сразу, в одночасье. Вдруг отменили совещание по его проекту. Последние полгода гнали, торопили: Аралов где? Аралов, давай! А теперь – отменили. Старый собутыльник Мазурский не позвал на день рождения. Людочка из отдела кадров не звонит. Уж до чего прилипчивая дама… Как отрезало.
И не только Людочка. Ему вообще перестали звонить.
Сколько нервов он измотал, сколько разных мыслей передумал.