Подобные волнения не нужны и местным властям: одни получали деньги за размещение на своей территории заводов по переработке химзапасов, другие — за использование территории для провоза опасного груза. Проще и выгоднее действовать скрытно, особо не афишируя (даже перед недремлющими террористами, которые могли однажды, скопировав способ передвижения отравы и ее охрану, устроить-таки диверсию) свои действия. По сути, менялась не только стратегия ВС, но и стратегия регионов, точнее, их руководителей: действовать тайно, опять-таки не афишируя, что на своей территории они создают активно действующий фронт.
Мельников не поделился с Ротвейлером своими соображениями, поскольку ему пришлось бы отвечать на вопрос товарища: «Откуда ты знаешь об эшелонах с отравой?»
Да, кивнул Антон, на таком закругленном участке пути состав не просто пойдет под откос, но еще и сложится гармошкой.
И снова в путь. Шли не так быстро, как предполагал Миротворец, — в основном лесом, где приходилось петлять между снежными островками и сырым замшелым валежником, выбирая те участки, где оставленные разведчиками следы можно было обнаружить лишь в течение пяти-шести часов.
«Вообще-то, — заметил про себя Мельников, — Упырь говорил о шести-семи дворах брошенного поселка». На поверку оказалось лишь одно строение: мазанка, пялившаяся чернотой оконных проемов на проходящие мимо поезда. Она ютилась в низине, неподалеку от насыпи.
26
Парок, курившийся над пригорком, был виден даже Азизу и Хамзату Тенишеву, которые замерли в ста метре от окруживших базу товарищей. «Поиграем?» — глазами спросил командир у Руслана Беноева. «Поиграем», — кивнул тот. В руках Руслан держал 200-граммовую гранату с нервно-паралитическим газом.