Следов полно — лисьи, заячьи, кабаны порядком наследили. И всё. Зато на выходе — напротив кладбища, но с южной стороны «железки» — мы обнаружили совсем свежие следы армейских ботинок...
«Да, да, — говорили глаза Санчеса, — армейских ботинок, не удивляйтесь».
— Поверхность следа твердая, — продолжал он, — общий контур почти не нарушен: в том месте тенисто, и на снегу образовалась корка. Прошли два человека, направление — на запад, вдоль железнодорожного полотна. Мы бы не заметили следов, если бы напротив кладбища они не свернули в сторону — за деревья, в снег.
«Если следы ведут вдоль полотна, то, вероятно, эта пара разведчиков шла к базе номер три», — определился Литвинов, отлично помня наброски прапорщика Седова. В задачу его группы входило обустройство этой базы.
Капитан Шаров заметил, что Литвинова, как командира и «центрового», взявшего на себя поиски следов пребывания диверсионной группы в наиболее привлекательном в этом плане районе, нисколько не смутили успехи подчиненных.
— А в обратном направлении следы не искал? — спросил Литвинов.
— Искал, — отозвался Санчес. — От разъезда Немчанка — три километра по обе стороны пути. Результатов — ноль. Единственно, не проверили участок метров триста-четыреста, где стоят дома. Но и там, мне кажется, ничего особенного. Около самого большого дома стоят «КамАЗ» и трактор, во дворе детишки играют.
Литвинов выслушал доклад Пуаро, чьи поиски не принесли результатов (хотя отсутствие следов в секторе поиска Данейко — это тоже результат), с минуту молчал."
"— У меня тоже есть новости. На распашной полосе мы с Батыем обнаружили массу следов: там прошла группа минимум в десять человек. Следы нечеткие, оставленные около суток назад. Дальше они уходят на грунтовку и ведут вплоть до минерального источника. Сейчас обедаем и переносим лагерь на пять километров к востоку.