— Нет, — решительно заявил Георгий, — не по факсу. Фотографии нужно передать лично Тумасову. В общем, утром они должны быть в Берлине. Понял?
— Понял. Не беспокойтесь, не подведу.
— Копии сделай для Матвея Очеретина. Пусть полюбуется на рога своего хозяина. Сговорчивее будет.
— Сделаю, — обрадовался Павлик. Он люто ненавидел Очеретина.
— Что с альфонсом, про которого ты мне говорил? — осведомился Георгий. — Он еще живой?
— Уже нет, — улыбнулся Павлик. — Вчера Саня его…
— Меня не интересуют подробности, — перебил его Георгий, — это уже твои проблемы.
— Нет, но Чиряев приставил к ней водителя. Он приезжает по утрам и целыми днями торчит у нее во дворе.
— Водитель, — задумчиво пробормотал Георгий. — Он бывает у нее в доме?
— Конечно. Привозит продукты, помогает, если надо отнести вещи. Ему лет сорок.
— Был в зоне?
— Два раза. Первый раз за воровство, второй — за драку. Проломил кому-то череп. Он вообще-то телохранитель, ну а заодно водитель. А может, еще и осведомитель.
— Водитель знает, что она изменила Чиряеву?
— Нет. Она вчера сама вела машину.
— Это хорошо. Значит, Чиряев обозлится не только на подругу, но и на водителя. Ты неплохо поработал, Павлик.
Чертежник усмехнулся. В устах Георгия это была высшая похвала. Но Чахава не дал ему времени насладиться своим триумфом.
— Твои люди все еще в тюрьме? — спросил он.
— Вы имеете в виду Хашимова?
— Я имею в виду кретинов, которые похитили девочку, а затем привезли ее в дом к собственной бабушке, где ждала засада.
— Сидят, — с кислым видом кивнул Чертежник. — Кто мог подумать, что так получится? Мы поверили Хашимову, а он нас подвел и сам оказался в руках французской полиции.
— А где семья того подполковника? У которого рак?
— Не знаю. Мы их не нашли. Наверно, уехали из Москвы.
— Я проверил, — задумчиво произнес Георгий, — подполковник Эдгар Вейдеманис находится сейчас в Онкологическом центре. У него охрана, но там всего один дежурный. Вряд ли подполковник перенесет операцию, шансы выжить у него нулевые.
Павлик не понимал.
— Завтра, — повторил он, — вы хотите, чтобы мы пришили его во время операции?
— Зачем? — усмехнулся Георгий. — Бог и без нас его приберет. Я говорю о другом. Он наверняка знает, кто подставил Хашимова. И если останется жив, может рассказать нам об этом. Или его близкие расскажут, если он умрет.
— Но они уехали из Москвы, — возразил Павлик.