Элизе же было очень стыдно за конфуз, произошедший с ней, поэтому она сидела у себя и не рисковала выйти на люди. Да и не была она ни с кем знакома. Даже вышивать или читать она не могла — так переживала, что руки подрагивали. А когда уже стемнело, в дверь ее комнаты постучали. Элиза подскочила:
— Кто там?
— Леди Элиза Таблтон? — спросил за дверью женский голос.
— Таблпорт, — исправила девушка.
— Простите, я запомню. Вас просит к себе Его Величество король.
Сердце Элизы упало в пятки и где-то там продолжало чуть живое трепыхаться.
— Я… мне надо переодеться, — пробормотала Элиза. На ней было простое домашнее платье с пуговками на груди — такое платье можно было надевать и снимать самостоятельно. без помощи служанок или камеристки.
— Не нужно. Его Величество требует вас к себе немедленно.
«Все,» — решила девушка, — «это конец! Сейчас меня ждет суровое наказание.
Помещение, в которое ее привели, чем-то походило на дядину библиотеку, но, поразмыслив, девушка сделала вывод, что это — рабочий кабинет. За массивным столом в удобном высоком кресле сидел сам Его Величество. Женщина, которая привела Элизу, поклонилась и вышла из кабинета.
Его Величество вдруг встал из-за стола и подошел поближе к девушке. Он взял ее за подбородок и поднял лицо.
— Ничего так… — сказал он. Потом сделал шаг назад и оглядел ее фигуру. — Фигурка вроде тоже. Но одета… Завтра к вам прибудут модистки для снятия мерок. Вам сошьют другие платья.
— Но у меня нет денег, они все у тетя. я ведь несовершеннолетняя еще.
— Этот вопрос вас не должен волновать. Я оплачу пошив тех платьев, которые я хочу на вас видеть. — осадил король.
Еще раз осмотрел ее внимательно, покрутив вокруг своей оси.
— М-да, в этом даже не видно ваших достоинств.
Его взгляд прошелся по плечам, вниз к талии, задержавшись на ее груди.
— Приподнимите подол! — велел король.
— Что? — растерялась девушка.
Его Величество вздохнул и сам задрал подол ее юбки, разглядывая ее ножки в длинных панталонах.
— И белье сменить полностью! — похоже, что сам себе заявил король и опустил подол, который Элиза тут же постаралась оправить.
Она стояла совершенно растерянная, не понимая, чего ждать.