Или смотрели в окно на дорогу. Граф нежно поглаживал ручку жены, иногда поднося ее к губам.
— Не грусти, — произнес он, глядя на грустные глаза жены, — мы не очень далеко живем и Антуан будет приезжать к нам в гости. Да и мы к нему тоже.
— Конечно, — согласно кивнула Элиза.
— Я не могу обещать тебе, что не дам скучать. К сожалению, у меня всегда очень много дел. Но я обещаю, что постараюсь сделать все возможное, чтобы ты была счастлива, — проникновенно сказал он, целуя ее руку.
И это обещание теплом разлилось в душе девушки.
Патрик наклонился к жене и, взяв в ладони ее лицо, начал целовать ее губы. Сперва неторопливо и нежно, но постепенно его поцелуй становился все более страстным и напористым. Элиза отвечала ему с не меньшей страстью.
Скромное дорожное платье не подразумевало корсета и очень удобно застегивалось на пуговки, идущие рядком вдоль груди.
Она подалась навстречу мужу и еще сильнее углубила поцелуй. А руки графа уже пробирались под юбку, задирая ее все выше и выше, гладя и лаская бедра жены поверх чулок. Вскоре они добрались до панталонов и стянули их с попки Элизы, для чего девушке пришлось приподняться.
Патрик, задрав юбку жены повыше, подхватил ее под бедра и усадил на себя, входя в уже готовое к соитию влажное влагалище. Жадно обнимая жену, он насаживал ее на свой член.
Карета ехала по неровной дороге и постоянно подскакивала на камнях и кочках. И это подскакивание лишь добавляло остроты их ощущениям: Элиза подпрыгивала на члене мужа, практически не прилагая для этого никаких дополнительных усилий.
Патрик долго вбивался в горячее лоно жены, а потом вдруг приподнял ее со своих бедер и, развернув к себе спиной, велел ей опереться руками о скамью напротив. Что девушка и сделала. Граф, в свою очередь, пристроился позади жены и снова вошел в нее, находясь уже сзади. Он двигал бедрами, входя в ее горячую и совсем мокрую дырочку, вбиваясь до самого основания сильными мощными толчками.