— Всё верно, Эльдар Самойлович — один из ведущих специалистов, уверен, он «придумает что-нибудь».
— Марина, иди, займи очередь, — сказал Сергей, зная, что никакой очереди перед кабинетом Эльдара Самойловича не будет, а если и будет, можно и подождать. — Я догоню.
Марина озадачено посмотрела на мужа, но не стала спорить, а, вежливо попрощавшись, вышла."
"— Послушайте, я всё понимаю, но должен же быть выход, — другим тоном, срывающимся, заговорил Сергей. — Какие пару месяцев? Снова эту гадость пить? Она себя порой не помнит, спит целыми днями.
— Сергей Павлович, мы уже не раз возвращались к этому вопросу, к сожалению, в случае с вашей супругой это невозможно. — И доктор наук, снова и снова, с деликатной терпеливостью объяснял, почему именно его жене невозможно сделать операцию, почему именно он и его дети вынуждены смотреть, как медленно будет угасать их любимый и родной человек, не мог он ответить на один вопрос — почему именно с ней, с ними всеми произошло это.
— Послушайте, — наконец произнёс врач, — я консультировался по вашему случаю с коллегами, не один раз, мы обсуждали с вами, есть одна клиника в Германии, они готовы рассмотреть вариант оперативного вмешательства, но вы должны отдавать себе отчёт, что это не панацея, и никто не даст и сотой доли гарантии, что операция увенчается успехом.
— Вы бы как поступили с вашим родным человеком?
— Знаете, я всегда руководствуюсь, в первую очередь, интересами пациента… и когда я задаю себе подобный вопрос, понимаю, что, скорее всего, со своим родным я бы поступил так же, но ответить правдиво на ваш вопрос я не могу… Сейчас я могу переслать полный комплект обследований вашей супруги в клинику и связаться с вами сразу, как получу ответ.
— Да, спасибо.
Сергей занимался, неоднократно, получая один и тот же ответ, не надеясь и сейчас, он взял координаты и вышел из кабинета, договорившись о времени следующего визита.
На обратном пути, после того, как Марина поспала в палате повышенной комфортности, Сергей травил анекдоты из юности или рабочие байки, отвлекая жену.