— Вам не стоит слишком привязываться к ребенку, Эйвери, — заметил он тактично. — И еще меньше это нужно ему, — намекнул он на наши непродолжительные отношения.
— О, не волнуйтесь. Я хочу стать для мальчика другом. Не таким близким, чтобы он расстроился, когда мы простимся. Но мне надо как-то общаться с вашими домочадцами, Нед. На роль матери не претендую ни в коей степени. Для этой цели вы найдете позже более подходящую кандидатуру.
— Хорошо, — как-то подозрительно быстро согласился он. — Вы позволите? — спросил, кивнув на дверь моих комнат.
Кивнув, обошла генерала и вошла в гостиную. Служанка, уходя, сменила свечу и сейчас помещение было едва освещено мягким желтым светом.
Подавив в себе желание придержать дверь для Неда, сразу заняла одно из кресел, выжидательно глядя, как Бэрилл заезжает в комнату. Он закрыл дверь и остановил кресло уже рядом со мной, поставив его так, что мы оказались друг против друга. В глазах мужа мелькнуло одобрение.
Он сильный мужчина в моих глазах. Он не оценит жалость.
— Я немного устала, — произнесла спокойно. — Сами понимаете, дорога, ужин…
— А я и не задержу вас надолго, — последовал ответ.
Нед сложил руки на груди.
— Мы подписали договор. Свою часть вы выполнили, Эйвери. Завтра я планирую выполнить свою. Вы же понимаете? — темные глаза сверкнули.
Магия! Он собирается завтра поделиться со мной родовой магией!
Сердце внутри пропустило удар и забилось быстрее, ликуя и радуясь.
— Понимаю, — держа себя в руках, также спокойно ответила супругу.
— Значит, все решится завтра. Не люблю быть должным кому-то, — он криво усмехнулся. А я, сглотнув вязкий ком в горле, спросила тихим, отчего-то осипшим, голосом:
— И как это будет происходить?
— Завтра узнаете. Впрочем, полагаю, вы уже искали описание процесса в книгах? Ведь откуда-то узнали, что родовой магией можно делиться? — уточнил Нед, пока не спеша покинуть мои комнаты.
— Да. Сами понимаете, наше с отцом окружение далеки от магии и любых ее проявлений. Торговцы — люди простые. Но у нас есть деньги. А деньги решают многие проблемы и открывают многие двери, — я легко улыбнулась.
— И не сомневаюсь, — улыбнулся в ответ муж. — Испытал на себе.
Наши взгляды встретились, и я застыла, чувствуя, как завораживает меня взор генерала. В нем, помимо истинной, мужской красоты, было врожденное благородство и честность.