Он не хотел заниматься строительным бизнесом и постепенно развивал свое дело в сфере айти."
"Я поддерживала его, ездила с ним на профессиональные выставки и помогала подбирать деловые костюмы. Вадим не умел одеваться до меня. Я смотрела на его гавайские футболки и понимала, что это продолжение его бунта против отца. Старший Арбатов вечно ходил в рубашках и идеальных костюмах без единого излома, словно за ним повсюду бегал ассистент с отпаривателем. Поэтому у Вадима выработалась аллергия на официальный стиль, хотя ему безумно шли черные пиджаки.
Я прикрываю глаза, вспоминая, как училась завязывать галстук. Прямо на Вадиме и училась. Он шумно выдыхал со смешком, когда у меня не получалось, и подшучивал, что поторопился с предложением руки и сердца.
Хорошие времена.
Были и прошли.
Точка.
Я открываю поисковик и вбиваю имя Вадим Арбатов в строку. Я ничего не знаю о том, как он жил после развода.
– Негусто, – шепчу себе под нос, листая страницы поиска.
Интернет мало мне помогает.
Я нахожу лишь название его новой компании – Арбатов Групп.
Я смотрю на его родителей и чувствую болезненный укол прямо в сердце. Они никогда меня не любили, особенно мать Вадима – Светлана Сергеевна. В ее глазах каждый раз читалось, что ее сын сильно просчитался со мной.
– Ты уже дома? – кидаю в трубку, отвечая на звонок Марины.
– Нет, еще еду. Я тебя на громкую поставила. Я, кстати, заметила твою машину на парковке.
– Да, пришлось бросить. Не завелась.
– И ты не побоялась оставить ее мастерам?
– В смысле?
– Они ее раскрыли, копаются там. Трое парней очень брутальной наружности. – С губ Маринки слетает томный выдох.
Ничего там не пропадает.
Наверное, это охрана Арбатова.
– Они эвакуатор еще пригнали, – добавляет подруга.
Я стону, прикрывая динамик ладонью. Я без того нервничаю из-за камер, которые могли записать, как я поцарапала его внедорожник. Вдруг Вадим все-таки выставит мне счет?
– Ты что-нибудь узнала о совещании? – спрашиваю Марину, чтобы перевести тему.