— Ты ведь понимаешь, что отныне я буду звать тебя Директор Подушкоголовый?
Улыбка магната Лето была одновременно печальной и терпеливой.
— Не сомневаюсь, но вернемся к нашему важному разговору. Я хочу убедиться, что вы помните, что Шестой Уровень — поворотный. Я не хочу, чтобы ты повредил свое будущее из-за Невидимок.
— Фитц разрушает свое будущее, находясь здесь? — возразил Киф. — Или Фостер?
— У них нет выбора. Кроме того, во время промежуточного перерыва им придется много работать… и нет, этот вариант недоступен для тебя, поэтому не спрашивай и не испытывай мое терпение.
— Видишь ли, теперь мне стало любопытно, — сказал Киф.
— Э-э-э, — вмешалась Ро. — Я должна буду пройти через все это вместе с тобой.
— Да, — согласился Магнат Лето. — И я нашел целую комнату, заполненную записями речей Древних Членов Совета, которые, думаю, вы найдете особенно приятными.
Ро схватила Кифа за руку и потащила к двери.
— Мы идем на твой урок, и ты сдашь этот тест и сделаешь кучу записей, или я повешу баннер посреди этого кампуса… и мы оба знаем, что я там напишу!
— Бо и Ро Навечно? — предположил Киф, потому что ему явно хотелось умереть.
— Вот именно! — Ро подняла его, перекинула через плечо и потащила к двери. — Мы вернемся после занятий.
— Вы вернетесь завтра, — поправил Магнат Лето. — Лорд Кассиус ожидает, что вы оба вернетесь домой сразу после школы, и я бы не советовал вам ослушаться.
— Почему нет? — спросила Софи.
— Он был… в настроении.
— Здорово! Поднимите руку, если завидуете моей жизни! — сказал Киф, поворачиваясь в руках Ро, чтобы осмотреть комнату. — Нет желающих?
— Не волнуйся, — сказала Ро, похлопывая его по спине, когда несла в холл. — Сегодня вечером я принесу твоему отцу амеб.
— Думаю, мне лучше приготовить порцию моего сильнейшего желудочного средства, — сказал Элвин, когда двери Лечебного Центра захлопнулись за ними.
— Ты уверен, что отпустить Кифа домой безопасно? — спросила Софи у Магната Лето.
— Конечно. В последнее время у нас с лордом Кассиусом было много долгих дискуссий о том, как правильно мотивировать его сына. Его голос звучал достаточно отчаянно, чтобы попробовать некоторые из них.
— Тогда почему у тебя такой встревоженный вид? — Она указала на его лоб, где на коже виднелись глубокие морщины.
— Я не волнуюсь. Я… колеблюсь.
— По поводу чего?
— По поводу того, как дать вам совет относительно неожиданного развития событий.