Он провел руками по волосам снова, выглядя так, будто перебрал в голове несколько вариантов:
— Так… ты не ненавидишь меня?
Софи закатила глаза.
— Тьфу, сколько раз тебе повторять… я никогда тебя не возненавижу!
Его улыбка выглядела усталой.
— Ну. Думаю, этого достаточно. Пока.
***
Вечером зашел мистер Форкл, и как только Грэйди и Эделайн поднялись наверх, а Сандор вывел остальных телохранителей на улицу, Софи решила рассказать ему все.
Ну, все, кроме сентиментальных вещей о Фитце, потому что… нет.
Но она рассказала ему о союзе, который заключила с Тариной, хотя и знала, что он, вероятно, будет расстроен, что она не стала ждать информации о том, что он узнал из своих исследований. И она рассказала ему о Лузии, потому что Черный Лебедь должен был знать, что когда-то в Эверглене был улей троллей. Кроме того, она хотела, чтобы кто-нибудь еще услышал, что Лузия имела в виду, говоря о трудностях работы с императрицей.
— Думаешь, я совершила ошибку, согласившись на союз? — прошептала она, когда мистер Форкл поднялся со своего места на диване и подошел к окну, выходящему на пастбища Хевенфилда.
— Думаю, — медленно произнес он, — что в данных обстоятельствах ты приняла наилучшее решение. Это все, о чем любой из нас когда-либо просил.
Дышать стало немного легче, но Софи должна была спросить:
— А что, если тролли захотят чего-то такого, чего я не смогу им дать?
— Ну, если это поможет, я не нашел ничего тревожащего об императрице Пернилл в своих исследованиях.
— Значит, ты не злишься на меня за то, что я заключила сделку, не посоветовавшись с тобой?
— Конечно, нет. Если бы ты задержалась, я бы сейчас смотрел на двух опустошенных аликорнов, и их дети были бы потеряны. — Он уставился на свои опухшие, морщинистые руки, переплетая толстые пальцы.