В конце концов он начинает говорить о волейболе, и мы потихоньку оттаиваем и тоже включаемся в разговор. Делает ли он это специально, сложно сказать. Но с нас определенно слетает напряжение, и мы уже горячо обсуждаем тренировки, предстоящий матч и прикидываем, сколько игр нам нужно выиграть, чтобы побороться за первое место в округе. Выходит, что все. Но их и осталось не так уж много.
Я замечаю, что взгляд Глеба становится напряженным и внимательным, и направлен он на девушку у магазина впереди. С ней стоит женщина откровенно неблагополучного вида, одутловатое лицо, сальные волосы, грязная ветровка и пакет, который она положила на ступеньки рядом.
– Ян, как думаешь, кажется, это не разговор ее мечты?
– Стопудово, – Барышев оценивает ситуацию за секунду.
– Давай как обычно?
– Всегда готов.
– Ян, – кажется впервые за сегодняшний день Глеб обращается ко мне напрямую, – иди вперед, мы сейчас догоним.
Я автоматически принимаю собачий поводок от Барышева и киваю, но не слушаюсь, мне слишком любопытно.
Парни подбегают к странной парочке, и Ян кричит:
– Вика! Ни фига себе!
– Сто лет не виделись, – подхватывает радостно Глеб, – Викуля, можно тебя на секунду?
– Мы ее украдем?
И ребята берут девушку под руки с двух сторон, решительно удаляясь от обескураженной опухшей женщины. Я едва сдерживаю смех.
– Девушка, вы извините, у вас все в порядке? – участливо интересуется Ян.
Парни отпускают ее, и она наконец понимает, что произошло.
– Ребят, спасибо большое! – она улыбается. – Я почему-то застыла, не знала, как от нее уйти."
"Ее взгляд лучится благодарностью, а через секунду уже приобретает заинтересованный оттенок. Девушка наклоняет голову и поправляет волосы. Перемену в ее настроении считываю с неприязнью. Ну да, снег еще не сошел, а она без шапки, не удивительно, что подтормаживает. Она стреляет глазами то на одного парня, то на другого, начисто игнорируя меня.
– Меня Юля зовут.
Я реагирую быстрее, чем успеваю подумать,
– Ян, Глеб, – указываю пальцем на одного, на другого, а затем на себя, – Яна. Пока!
И схватив под руки ребят, как локомотив, пру дальше по дороге, утаскивая их за собой.
Проходит секунд десять, удивительно долго перед тем, как парни взрываются хохотом.