— Но я просто так не дерусь, — холодно произнёс я, — Царь, что ты готов поставить на кон?
Веспидай поскрёб бронированную пластину на подбородке, оценивающе глядя на меня.
— А кто ты такой вообще, трутень, чтобы ставить условия царю? — поинтересовался он, — Что ты можешь поставить на кон такого, что бы меня заинтересовало? Ты сынок Эгины? Или её любовник? Иди лучше спрячься мамочке под юбку.
Я не стал опускаться до ответный оскорблений. Я же ведь не царь какой-нибудь, в самом деле.
— Я тот, кто расправился с Перчинкой, — спокойно произнёс я, — И то, кто дал отпор жрецу Враалю."
"И тут Веспидай аж отшатнулся. Кажется, имя жуткого жреца, которое многие боялись произносить вслух, произвело на него впечатление.
— Ты или безмерно глуп, или… Ты и впрямь виделся с Враалем? — в безжизненных глазах Веспидая мелькнуло удивление, — С самим древним жрецом?
— Да. Ему не помог ни его посох с рубином, ни жуткие гляделки, — сухо произнёс я, — Я отобрал у него то, что мне было нужно.
— Хм… С Перчинкой, говоришь, тоже ты разобрался… — Веспидай усмехнулся. Он уже успокоился и снова говорил спокойно, — Я так и знал, что эта прохвостка не справится и не сдержит свои обещания.
— Ты и сам не собирался быть с ней честным, — заметил я, — Она-то думала, что вы просто пограбите и уйдёте.
Забавно, но ведь мы с этим царём практически ровесники. Только этот парень получил всё и сразу по праву рождения.
— Что ты предложишь мне, в случае своего поражения на дуэли? — поинтересовался Веспидай. Он начал воспринимать мои слова всерьёз, — Каковы будут ставки?
Глава 7.
— Я отдам тебе клинок Грёз, — произнёс я, решив поставить на кон самую редкую и ценную свою вещь, — Если проиграешь ты — убирайся из Мирмеграда навсегда.
— Зачем мне сражаться за то, что я и так в скором времени заберу себе? — Веспидай рассмеялся и демонстративно развёл руками, — Мирмеград и так станет моим! А следом за ним и все города Мирмеций. Как объединил я параситик под своей рукой, так и мирмеции присягнут мне.