Мало того, он был бородат. Гарри спрятал под новую одежду очки и мантию-невидимку и присоединился к друзьям.
— Господи, страшный какой, — сказал Рон, окинув взглядом нависшего над ним Гарри.
— Держи жетон, — сказала Гермиона, — и пошли, уже почти девять.
Из проулка они вышли вместе. По тротуару двигалась масса людей, направляясь к ограде из черных металлических пик, возвышавшейся метрах в пятидесяти отсюда и примыкавшей к двум лестничным маршам. Один был обозначен буквой «М», другой буквой «Ж».
— Ладно, через минуту увидимся, — нервно сказала Гермиона и засеменила вниз по дамской лестнице.
— С добрым утром, Редж! — окликнул Рона один чародей в темно-синей мантии, вставлявший золотой жетон в прорезь на двери кабинки. — Черт знает что, а? Заставлять нас добираться до работы подобным манером! Кого они надеются так засечь, Гарри Поттера?
И волшебник загоготал, довольный своим остроумием.
— Да, — ответил он, — полная дурь, верно?"
"Он и Гарри вошли в смежные кабинки. Справа и слева от них слышались звуки сливаемой воды. Гарри присел на корточки, заглянул под не доходившую до пола перегородку — как раз вовремя, чтобы увидеть, как две ноги в сапогах забираются в унитаз. А повернувшись налево, увидел под перегородкой ошалело моргающего Рона.
— Нам придется смывать себя в унитаз? — прошептал Рон.
— Похоже на то, — пробормотал в ответ Гарри, обнаружив при этом, что голос у него теперь низкий и сиплый.
Они встали. Ощущая себя полным идиотом, Гарри втиснул обе ноги в унитаз.
И сразу понял, что все делает правильно, — туфли, ноги и мантия остались совершенно сухими, хоть он и стоял в воде. Гарри протянул руку к цепочке, дернул, и в следующий миг, пролетев по короткому лотку, выкатился из камина Министерства магии.
Он неуклюже поднялся на ноги — тело его было непривычно большим.