А затем молодая колдунья, рядом с которой он стоял, подтвердила его догадку — она спросила, продолжая помахивать палочкой:
— Кто-нибудь знает — старая ведьма весь день будет грязнокровок допрашивать?
— Поосторожнее, — сказал ее сосед и нервно заозирался по сторонам, отчего несколько его листков попадали на пол.
— А что, у нее не только глаз волшебный, но и уши тоже?
Колдунья взглянула в сторону выходящей в холл брошюровщиков сверкающей двери из красного дерева. Гарри тоже посмотрел на дверь и почувствовал, как ярость поднимает в нем свою змеиную голову.
На долю секунды Гарри забыл, где он и чем занят. Забыл даже, что он невидим. Подойдя к двери, он осмотрел глаз. Тот не двигался, слепо уставившись вверх. На табличке под ним значилось: «Долорес Амбридж. Первый заместитель министра». Ниже посверкивала другая табличка, поновее: «Глава Комиссии по учету маглорожденных».
Гарри оглянулся на брошюровщиков — на работе своей они, конечно, сосредоточены, однако вряд ли можно надеяться, что никто из них не заметит, как открывается дверь пустого кабинета. И Гарри вытащил из внутреннего кармана странную штуковину с волнующимися ножками и рожком с резиновой грушей вместо тела. Затем, присев под мантией-невидимкой на корточки, он опустил отвлекающую обманку на пол."
"Обманка шустро побежала между ногами волшебников и волшебниц.
Ему показалось, что он шагнул назад во времени. Эта комната была точно такой же, как кабинет Амбридж в Хогвартсе: кружевные ткани, салфеточки и засушенные цветы покрывали здесь каждую плоскую поверхность.