Мистер Уизли, улыбнувшись, наклонился к Рону и забрал у него шляпу.
— Она тебе ещё пригодится, — сказал он, — когда Ирландия скажет своё слово.
— А? — спросил Рон, открыв рот и глядя на Виил, которые выстроились по одну сторону поля.
Гермиона громко прищёлкнула языком и потянула Гарри назад на сиденье. — Я тебя умоляю! — сказала она.
— А сейчас, — прогремел голос Людо Бэгмэна, — пожалуйста, поднимите палочки вверх… и поприветствуйте Талисманов ирландской сборной!
И тотчас же, что-то похожее на огромную зелёную с золотом комету, ворвалось на стадион, пронеслось по кругу, разорвалось на две меньшие кометы, каждая из которой понеслась к золотым шестам на краях поля.
— Классно! — закричал Рон, когда клевер поравнялся с ними и осыпал их дождём тяжёлых золотых монет, которые отскакивали от голов и сидений. Сощурившись, Гарри присмотрелся к клеверу и увидел, что он состоит из тысяч малюсеньких бородатых карликов в красных жилетках, держащих в руках малюсенькие золотые или зелёные лампы.
— Лепреконы! — сказал мистер Уизли, стараясь перекричать громовые аплодисменты толпы, в которой многие всё ещё шарили под стульями в поисках золотых монет.
— Вот, — сказал Рон, залившись счастливой улыбкой, всовывая кучу денег в руку Гарри, — за Омниокли.
Огромный клевер растворился в воздухе, лепреконы спустились вниз на поле, по-турецки уселись на противоположную от Виил сторону и приготовились смотреть матч.
— А сейчас, дамы и господа, я прошу вас поприветствовать… национальную сборную Болгарии по Квиддитчу! Я представляю вам — Димитрова!
Фигура в алой мантии верхом на метле влетела на поле с такой скоростью, что её очертания расплылись в воздухе.
— Иванову!
Вторая фигура в алых одеждах влетела на поле.
— Зографа! Левского! Вулчанова! Волкова! ииииииииии Крама!
— Это он! Это он! — заорал Рон, следуя за Крамом своими Омниоклями. Гарри быстро навёл на него фокус.
Виктор Крам был худым, темноволосым, со смуглой кожей с желтоватым оттенком и крупным крючковатым носом под густыми бровями.