Разве не так?
— А я, Игорь, не стал бы утверждать, что знаю все секреты Хогвартса, — добродушно ответил Дамблдор. — Не далее как сегодня утром отправился я в туалет, свернул не туда, и очутился в прелестной, совершенно незнакомой комнате с превосходной коллекцией ночных горшков. Позже я вернулся получше осмотреть ее, а комнатка-то исчезла. Я, конечно, все равно ее отыщу. Возможно, она доступна только в полшестого утра, а может, когда месяц в фазе одна четверть или когда слишком полный мочевой пузырь.
Гарри прыснул в тарелку с гуляшом.
Тем временем Флер Делакур, изящно повернув голову в сторону своего кавалера, обсуждала убранство замка.
— У нас все по дгугому! — обвела она взглядом искрящиеся инеем стены Большого зала. — У нас во двогце Тгапезную укгашают ледяные скульптугы. Они не тают и пегеливаются всеми цветами адуги. А какая у нас еда! А хог лесных нимф! Мы едим, а они поют. И в холлах никаких ужасных ыцагей без головы. А попгобуй залети в Шармбатон полтегейст, его выгонят с тгеском, вот так! — И Флер с силой хлопнула по столу ладонью.
Роджер Дэвис слушал ее завороженно, часто пронося свою вилку мимо рта. У Гарри создалось впечатление, что любование Флер отнимает у Роджера остатки разума, и он не понимает ни слова из того, что она говорит.
— Конечно! — стукнул он по столу так, как Флер. — Да! С треском!
Гарри окинул взглядом зал. Хагрид сидел за одним из учительских столов и, не отрываясь, глядел в их сторону.
Гермиона учила Крама произносить ее имя: он звал ее «Геримона».
— Гер-ми-о-на, — медленно, по слогам произнесла Гермиона.
— Герм-ивона, — повторил Крам.
— Гораздо лучше, — похвалила Гермиона, заметила, что Гарри на нее смотрит, и улыбнулась.
После ужина Дамблдор встал и пригласил всех последовать его примеру.
"На сцену вышел ансамбль «Ведуньи», встреченный восторженными рукоплесканиями. У ведуний были длинные растрепанные волосы, черные мантии нарочито порваны и потерты. Гарри с нетерпением ждал, чтобы они заиграли, совсем забыв, что за этим последует.