Мало ли кому там фаллопротез поставят. Ты… это… главное, повежливее с ней обходись, как мы с Мари тебя учили, тогда твой орган будет в безопасности. Хочу правнучков на руки взять до того, как Богу душу отдам. Помни это! Чемодан с её вещами забери у ворот. Искать будет.
Гонсало отчеканил последние фразы, развернулся спиной ко мне и направился на выход. Спорить с дедом бесполезно, если только водрузить это спящее бревно на свои плечи и отнести следом за ним в его машину.
— Лучше бы её шмотки цыгане слямзили вместе с ней! Дед, увози ты эту… русскую подальше с моего двора.
Старик остановился у двери, открыл её, развернулся и, перед тем как уйти, окончательно убедил меня в том, что избавлять любимого внука от своего дивного подарка не собирается:
— Мари тоже русская! И я счастлив с ней в браке. И что ты мне предлагаешь? Забрать её с собой? У нас с Мари уже есть домработница. Прикажешь бросить её под забором на улице? Девчонке здесь будет намного лучше!
— Здесь??! — нерв над левым глазом начинает плясать лезгинку и я встряхиваю головой, как будто это поможет утихомирить его.
Гонсало в ответ лишь несильно хлопнул дверью и смылся в темпе вальса. Кажется, мне пора записаться на приём к стоматологу.
— М-м-м… — глухой стон незнакомки повторно привлёк моё внимание.
— Ладно, Артём. Всё хорошо, — внушаю себе, пытаясь совладать с бешенством. Дышу глубоко и ровно. Через нос. Мой сон как рукой сняло. Направляюсь к ней, чтобы разбудить и выяснить обстоятельства, по которым девчонка попала к Гонсало. В обычную случайность я не верю.
Возвращаюсь обратно к спящей. Присматриваюсь к ней. Наверняка видит очередной сон, лёжа на спине. Кривит пухленькие губки в лёгкой улыбке, демонстрируя соблазнительные ямочки на щеках. Я, как придурок, засмотрелся на эти чертовы губы. Сочные. Алые.