Все эти годы он знал, кто она для него. Ждал, хранил верность, не путался с женщинами и ничем себя не пятнал. И, кажется, он дождался.
Филлия продолжала слезливо мяукать, тыкаясь носом Сарену в шею. Он тихо утешал ее, нежно, как только мог.
— Первый оборот? — Айдан склонился надо мной и, крепко обняв, притянул к себе. — А не слишком ли она мелкая для барса?
— Нужно благодарить богов, что хоть такая, — выдохнула, позволяя ему вольности.
Сделав несколько взмахов крыльями, черный дракон осторожно, чтобы никого не задеть, приземлился на совсем небольшой свободный клочок земли.
— Сейчас я буду ревновать, — недовольно пробормотал Айдан.
Пространство озарила вспышка, и к Дьярви заспешил брат, снимая на ходу свой длинный плотный плащ.
За спиной раздались сдавленные смешки и возгласы любопытных прачек и служанок из дома, выскочивших полюбопытничать.
Моргнув, я сглотнула, уставившись на обнажённого старшего брата Вагни. Силен, статен, мускулист. Фигура столь же впечатляющая, что и у Айдана. Тряхнув головой, мужчина усмехнулся, глядя на женщин.
"— Есть у Дьярви один изъян, — проворчал Айдан, — во время оборота не контролирует силу магии и как результат — его одежда просто... Нет ее, в общем. Иногда на поле боя это выглядит весьма комично. И враги, может быть, даже и позубоскалили бы, но не успевают. Сама мысль, что он светит голым задом на виду у всех, вызывает в нем свирепую ярость, — с уст моего генерала сорвался нервный смешок.
— У меня чуть племянницу не убили, а тебя заботит, что кто-то видел мои ноги? Айдан! — Я с укором заглянула в его глаза.
— Ну, положим, я сейчас больше за Сарена переживал, — он зло поджимал губы, — потому как смерть, хотя скорее увечья, грозили ему. Он бы там наизнанку вывернулся, но и шкурка твоей Филлии не пострадала бы.
Я не успела ответить, как послышался жалобный кошачий писк. Обернувшись, уставилась на Сарена.