Генералы драконов_5_Отвергнутая невеста генерала драконов

— Драконы могут не пойти войной, а направить к нам гонца с предложением заключить союз, — шепнула, возвращая свое внимание карте.

— Ты там много кого видишь, кому они этот союз предложили? — Морган вопросительно приподнял темную бровь. — И где гонцы? Пора бы уже присылать. Не находишь?

Я не ответила, мой взгляд сместился севернее, туда где располагались логова красноглазых — ещё одна нерешаемая проблема.

— Со всех сторон обложили, гады, — выдохнула и свернула карту.

Боль в висках стала просто невыносимой.

***

Спускаясь по лестнице в большой зал, все еще растирала виски.

Это невыносимое дерганье постепенно стихало. Даже дышать легче становилось. Боль в последнее время просто преследовала. Смешнее всего было то, что я, как целитель, не могла с ней справиться.

Именно это настораживало более всего. Возможно, Морган и прав — пора прекращать бесполезную войну с собственным сердцем и выходить замуж за него. Сбросить с плеч часть обязанностей и, наконец, вздохнуть полной грудью. Только вот... Душа тихо встрепенулась и заныла.

И от этого стало только больней.

Я не любила мага. Не затрагивал он те чувства, что окрыляли. А я ведь помнила тот свет любви в глазах брата и отца..."

"Да, мне все чаще снился Максен. Он плотной тенью стоял за спиной и все о чем-то нашептывал. Силясь хоть что-то расслышать, я оборачивалась на него и порой мельком замечала рядом с ним Линнель. Он не оставлял любимую и после смерти.

Просыпаясь в такие моменты, стирала с глаз слёзы и улыбалась, тихо завидуя мертвым. В моей же душе, словно бездна, разрасталась пустота, которую уже ничем не возможно было заполнить.

Разве что Филлия хоть немного сглаживала одиночество. Я смотрела в ее теплые глаза и видела через них отца, но все больше брата. И жизнь снова приобретала хоть какой-то смысл.

— Ты не имеешь права запрещать мне, Сарен! — раздался недовольный девичий визг из главного зала.

Быстро сообразив, что к чему, поспешила на шум. Нет, не отстаивать права племянницы, а спасать от этой кошки несчастного телохранителя.

Знала ведь — Сарен будет стоически держать себя в руках, улыбаться и молчать. Удивительного терпения мужчина. Порой мне становилось даже страшно за него. Оборот Филлии был, как говорят, не за горами, а после как справляться с её капризами будем — даже не представляла.

Влетев в просторное помещение, остановилась и, хлопнув ресницами, замерла. Эта негодница, загрузив Сарена по самый нос шмотьем и тканями, уперла руки в бока и, шипя, чего-то там ему выговаривала.