Где бы ты ни скрывалась

Я могла бы попытаться бежать, могла бы кричать, но смысла не было. Он все предусмотрел."

"— Знаешь, Кэтрин, — сказал он, — я советую тебе хорошо себя вести. Сама знаешь, что ты заслужила.

Снаружи вместо специального фургона с решеткой стояла полицейская машина, мигая красно-синими лампами. Ли открыл заднюю дверцу и втолкнул меня внутрь. Я думала, что он сядет за руль, но вместо этого он забрался на заднее сиденье рядом со мной.

Больше я ничего не помню.

Пятница, 14 марта 2008 года

На следующем приеме я сказала Алистеру, что у меня наступил тяжелый период.

Я рассказала о привычке Ли тайком переставлять вещи, менять их местами или прятать, а также о клочке алой материи с пуговицей, которую я нашла у себя в кармане. По выражению его лица я поняла, что с таким случаем в своей практике он еще не сталкивался. Наверное, он решил, что я сама подложила себе в карман пуговицу, и пытался вспомнить, в какой из методичек читал про похожие симптомы острого психоза.

Но надо отдать ему должное — он не вызвал санитаров со смирительной рубашкой, а попытался меня успокоить и одновременно приструнить.

В мире полно вещей красного цвета, сказал он. Все они совершенно безобидны. Маленькая пуговка не могла причинить мне вреда. Конечно, она напомнила мне страшные вещи, но сама она не кусалась и не царапалась.

Я готова была наорать на него. Ведь что толку в пятидесятый раз твердить, что дело не в пуговице, а в том, каким образом она попала в мой карман?! Он все равно не верил мне и, значит, не мог помочь.

Что же, не он первый, не он последний. Я ждала звонка из полиции — вот это действительно было важно, — чтобы знать, что Ли находится там, где должен, — за тысячу миль от меня. Однако, напомнила я себе, независимо от того, сама я сунула пуговицу в карман или это Ли ее подсунул, Алистер учит меня спасаться. И от самой себя и своих бредовых фантазий, и от реальных преследователей. Мне надо стать сильной, чтобы не быть бессловесной жертвой в следующий раз, кем бы мой мучитель ни оказался. Мне действительно требовалась помощь Алистера.

Он сказал, что нам надо сосредоточиться на симптомах ПТСС. Работа с посттравматическим стрессовым синдромом имеет свои особенности, сказал он. Например, когда я вспоминаю про Ли или про то, что он сделал, мне не следует сопротивляться эмоциям, пусть выплеснутся.

Я вспомнила, как Стюарт когда-то посоветовал нечто подобное в кафе, где я испугалась похожего на Ли человека.