Где бы ты ни скрывалась

Сэм пошла в сторону метро, а я вернулась домой. Уже почти стемнело.

Я с улыбкой вставила ключ в замок, и… дверь открылась сразу, без поворота ключа. Кто-то поставил ее на «собачку».

Моя дверь была заперта, внутри я тоже не обнаружила ничего подозрительного. И все же я места себе не могла найти.

Я постояла в центре гостиной, глядя в окно, пошла и еще раз проверила задвижки на окнах. Все в порядке. Тогда я распахнула балконную дверь — снаружи в комнату пахнуло теплым воздухом.

Створка ворот в дальней части сада так и болталась на одной петле, а ведь я еще в феврале звонила в домоуправление с просьбой починить створки.

Они прислали человека, который просто сдвинул их как надо, но чинить ничего не стал. Конечно, никто не пользовался воротами, я ни разу не видела, чтобы там кто-то находился, но не это меня тревожило.

Воздух был какой-то застывший, душный, а на горизонте собирались тучи. Наверное, вечером будет гроза.

Интересно, что он делает? Где он сейчас? И где Сильвия? Может быть, заперта в ванной, истекает кровью, как я когда-то? Тогда Венди спасла меня по чистой случайности.

Она рассказала, что вынимала пакеты с продуктами из багажника, когда Ли выскочил из дома. Он показался ей каким-то странным, оглушенным, что ли, или пьяным, а когда садился в машину, она увидела, что у него все руки в крови и рубашка на груди тоже.

К счастью, он не захлопнул дверь квартиры.

Удостоверившись, что он уехал, Венди толкнула дверь, робко вошла в холл и испуганно спросила: «Есть кто дома?» Ей никто не ответил, тогда она поднялась наверх и нашла меня в гостевой спальне.

Она решила, что я мертва. На суде прокручивали запись ее звонка в службу спасения. Венди, обычно такая милая, приветливая, такая невозмутимая, орала в трубку как помешанная: «Спасите! Спасите!» Работники службы спасения с трудом выудили из нее, что она стоит над истощенной, совершенно голой женщиной, истекающей кровью от сотни ножевых ран. Мне было тяжело слушать эту запись. По-моему, больше я в суд не ходила — по крайней мере, ничего не помню о процессе.

В сумке запел мобильный, я бросилась к дивану и вытащила его.

— Привет, моя радость. — Голос у Стюарта был очень усталым. — Я так скучал по тебе сегодня.

— Я тоже. Ты уже закончил?

— Почти. Надо еще кое-что дописать, и я готов выходить. Что купить на ужин?

— Да что хочешь, — сказала я. — Мне тоже надо выйти ненадолго. На работу. Надо проверить одну деталь.

Его голос мгновенно изменился.