Да и не потребуется, с твоим уровнем знаний тебе всё равно в интернатуре долго не продержаться.
Соколов покраснел от злости, а его напускная улыбка наконец исчезла. Он попытался придумать ответ, но я не стал дожидаться и вышел из ординаторской.
— Света, за этот час были новые поступившие? — спросил я у медсестры.
— Нет, никого, — пожала она плечами. — Пока всё спокойно. А что, вы заскучали?
Компания симпатичной Светы явно приятнее, чем налитого краской от злости Соколова. Так что да, я очень даже заскучал.
Когда спустя час вернулся в ординаторскую, Соколов уже дремал на диване.
Утро началось с появления в ординаторской незнакомого мужчины, на вид лет на пять старше нас. Он невозмутимо зашёл, переоделся в халат и уселся на диван рядом с заспанным Соколовым.
— Доброе утро, — решил первым прервать затянувшееся молчание я. — А вы кто?
— Я — бывший вы, — усмехнулся тот. — А теперь я тот, кем вы хотите стать. Никита Яковлевич, врач-терапевт.
Ух ты, за время работы я уже даже привык, что на все два этажа работает один Зубов.
— Шутка такая? — буркнул Соколов, еле разлепив глаза. — Какой ещё терапевт Никита?
— Симпатичный, умный, образованный, — перечислил тот. — Мечта любого отделения. А вы, я так понимаю, новые интерны? Зубов упоминал, что как раз во время моего отпуска должны прислать новых птенцов.
— Так вы правда тут работаете? — резко проснулся Роман. — Меня зовут Соколов, то есть Роман, я врач-интерн.
"Резко же он проснулся. В голове появился новый план, как использовать терапевта Никиту в своих целях? Учитывая, что Роман тщательно собирает себе данные пациентов, особенно с этажа для аристократов, я уже ничему не удивлюсь.
— Константин Боткин, можно тоже на «ты», — кивнул я Никите. — Приятно познакомиться.
— Ох, смотрю я на вас, и прям ностальгия пробирает, — проговорил он. — Вспоминаю, как был на вашем месте и мечтал получить работу в этой клинике.
— Дашь какой-нибудь совет? — тут же спросил Соколов. — Ой, может тебя кофе угостить?
— Совет дам, — серьёзно кивнул Никита. — Не пытайся лизать жопы и не косячь. И будет тебе счастье.
Ух ты, жёстко он. Роман сразу померк и недовольно отвернулся. А мне этот Никита начинает нравиться.
— Д-доброе утро, — в ординаторскую зашёл Болотов. — А э-это кто?
— Это ещё один терапевт, Никита Яковлевич, — буркнул Соколов. — Прошу любить и жаловать.