А потом покой и восстановление на несколько недель. Смешно, явно юмористы какие-то эти рекомендации составляли.
Фух.
Не могу сказать, всё это было приятно, но я ожидал худшего. Затянул повязку и проверил чуйку. Убежавшие тени постепенно подтягивались обратно. Осторожно и неторопливо, будто ждали подмогу из дальних частей подземелья. Я довольно отчётливо их видел, уже не просто призрачные тучки, а более плотные и уже цветные силуэты. Словно к их границам прильнула кровь.
Интересно. Либо геном разобрав несколько десятков и разобрав на составляющие, внёс их в условную базу.
Я не посчитал это особо полезным, до того момента, пока не увидел ещё один след в темноте. Точнее, следа от следа, настолько слабым и бледным он был. Но он был и отличался от того, что оставили после себя «гоблины».
Перезарядив всё оружие и все магазины, тяпнул ещё «живинки» и попытался встать, опираясь на стену и дробовик.
— Ммм, — промолчал я, стиснув зубы и выдавив самую кривую улыбку, на которую был способен.
Попытка опереться на больную ногу прошла успешно. Боль дикая, но я, по крайней мере, не рухнул обратно на землю. Даже попробовал наступить, держа вес на здоровой ноге и частично передав его стене. Трудно, но можно. Регенерация генома вместе с «Живинкой» сделали это возможном, частично уже что-то затянув, а частично просто притупив боль.
Остановился передохнуть и по новой запустил чуйку. Назад пойдёшь — хер дойдёшь, вперёд пойдёшь — ещё и съедят.
— Однако, какой вариативный выбор, — усмехнулся я и на одной ноге допрыгал до замеченного следа."
"Съехал по стене, отставив раненую ногу, и воткнул тесак в земляную корку. Расковырял и нашёл пустой ржавый магазин от «кольта» M1911.
Мне бы пересидеть где-нибудь несколько часов.