Дымящаяся энергией чёрно-красная сосулька влетела в самый центр защитного заклинания и придала ему такой толчок, что кокон вместе с продолжающей кричать женщиной вылетел через окно, оплавив в процессе раму и исчез где-то за забором. Единственное, что осталось на полу – обугленная до скелета кисть с оторванной фалангой большого пальца.
Я окинула взглядом зал, отмечая подпалины на стенах, разрубленные непойми чем стулья и просто перевёрнутую мебель. К счастью, погибших с нашей стороны не было. К несчастью, не было их и с противоположной стороны, судя по доносившимся с улицы крикам жрицы… Мда, жаль не добила её.
"Я оказалась рядом, наступила ему на запястье и стала вглядываться в лицо призвав на помощь всё своё магическое восприятие.
— Что ты видишь? — спросила оказавшаяся рядом Тина, — потёрла шею и добавила, — кстати, спасибо.
— Кстати пожалуйста. А на мужике заклятье какое-то контролирующее. Как снять я не представляю, а ты?
— Нет. Хотя паутина вроде как учащается у лобных долей, видишь?
— Ага.
— Это «благочестие веры», — произнесла подошедшая к нам Генриетта, и сплюнула на пол, — нам всегда говорили, что это особое состояние, доступное единицам, но оказалось нет. Достаточно просто жрицы. Что она сделала, кстати?
— Что-то сказала вроде, — ответила я, — сейчас, погоди. «Кхерата арива ладар» вроде бы.
Рие продолжала смотреть на меня выжидающе. Наконец спросила:
— Ну? Чего ты ждёшь?
— В смысле?
— Ты хотела сообщить, что сказала жрица, Саша, — включилась Тина, — Так говори.
— Я сказала – «Кхерата арива ладар» — повторила я.
Генриетта помотала головой:
— Нет ты не сказала.
Я открыла рот чтобы повторить, и тут услышала знакомые голоса Хора:
— Не повторяй… эти слова… они не услышат… их никто… не услышит…
Генриетта всё ещё ждала, явно начиная злиться, Тина же смотрела мне в глаза с явным беспокойством. Я вздохнула:
— Тут Хор сказал, что вы не услышите, так что… В общем там было предложение из трёх слов.