Не знаю, поддерживала ли женщина в себе жизнь магией или просто так получилось, что двух болтов в голову оказалось мало, но факт остаётся фактом – мы нашли залитую кровью и заляпанную грязью жрицу примерно там, где Тина её и свалила. Я пнула её разодранным носком сапога, и бывшая мер-сэну сфокусировала на мне взгляд мутного глаза:
— Отродье… кх… тьмы, — каждое слово давалось ей с явным трудом, — стоило… ыхх… дога…даться… что ты… кхы… выживешшшшшь…
Я смотрела на женщину сверху вниз, раздумывая, а потом произнесла:
— Тебя надо бы отдать тем, кого ты лишила всего, знаешь ли.
— Это… неважно… кх… план будет… исполнен… твои действия… ыхх… только приблизили… триумф… Триеди…ной Матери…
— Возможно. Но ты его точно не застанешь.
Короткий лающий смешок, быстро переходящий в кашель. Бескровные губы женщины растянулись в кривой улыбке:
— Я… буду… рядом со своей… кх… богиней… Она покажет… ыхх… мне… прекрасный мир…
— Надо бы тебя к ней уже отправить, — шагнула вперёд Тина, — как можно более болезненным способом.
— Подожди, — я положила ладонь на сгиб её локтя, — это именно то, чего она хочет. У меня есть идея получше.
Я опустилась на колено и взглянула в мутный глаз с очень близкого расстояния. Заметила амулет со знакомыми символами, выпавший из-за ворота платья, и сорвала его. После чего заговорила:
— Ты действительно хочешь отправиться на тот свет – я это вижу, и поверь, в мире, из которого я пришла, хватало похожих на тебя ублюдков, не боящихся смерти.
Сняв перчатку, я вытянула руку с удлинившимися ногтями перед лицом жрицы и улыбнулась:
— Я читала трактаты твоей веры, и вот что я поняла – вы ненавидите нежить во всех её проявлениях.
— Да… уж… кх… сложно было дога… даться… — умирающая жрица издала ещё один смешок.