Конечно, в речи Анабеллы это не звучало так грубо – было много слов про «общее благо», «забывших свои корни аристократов», «зажравшихся торгашей» и прочих «мерзких нелюдей», но суть была простая – сделать небольшую успешную теократию внутри раздираемой противоречиями Ребрайваны. Для этого нужны были восстания, настраивание крестьян против аристократии (что, скажем честно, было не так уж сложно — при позднем феодализме аристократов не любят абсолютно все) и, желательно, какой-нибудь яркий конфликт как триггер.
— Это Анабелла и попыталась сделать в Расковицах – направить против тебя народный гнев.
Генриетта, слушавшая мой рассказ в полном молчании, оторвала взгляд от почти потухшего костра и сказала:
— Занятно. То есть это её личная инициатива? Я имею в виду само нападение.
— Ну, я бы сказала, что это инициатива в пределах заданного плана, — заметила Тина, пошевелив рукой в костре, — хорошо если выйдет, не страшно если не выйдет. Со слов Анабеллы почти все храмовые жрицы получили похожие наставления.
— Но не все столь фанатичны, — заметила Генриетта, — я не могу представить, чтобы моя духовница начала себя так вести. К тому же, если так подумать, возникает ещё больше вопросов – что за «особо важное задание» выполнила Иллая, чтобы удостоиться чести стать в достаточно молодом возрасте верховной жрицей Стразваца? Насколько я знаю, ей даже и сорока нет. Кроме того, являются ли планы по созданию теократии её собственными, или она только исполняет волю Капитула? Какими ресурсами за пределами церковных она обладает? Не стоит ли ожидать от южной церкви более прямых действий, вроде Священного Похода, если планы Иллаи настигнет крах?
— Ну, насчёт «особо важного задания» всё понятно – она явно про то проклятье в Кедании, ради снятия которого меня и призвали в этот мир, — ответила я.
К моему удивлению Генриетта отмахнулась от этой идеи:
— Кедания – это дыра на дальнем севере Велта. Причём одна из многих и ничем не лучше, например, пограничной с ней Рагруэсы, Ардрурга или княжества Хуград.
Меня кольнула обида и в приступе странного местечкового ксенопатриотизма я буркнула:
— Там много умелых воинов и магов! Я сама видела и путешествовала с ними!
Генриетта аристократично вздёрнула носик:
— Естественно там их много – страна граничит с Пустошами Хаоса.