Фыркнув от её прожорливости, я с некоторым усилием оторвала артефакт от шеи уже иссушённого бандита, отпустила безжизненное тело. Ну, Виктория, что я могу сказать — все бандиты-наёмники были мертвы, Деймос меланхолично хрумкал каким-то трупом, а главарь со стоном ворочался в грязи. Стряхнув с меча кровь, я убрала его в ножны и подошла к главарю, рядом с которым уже была Тиниэль, быстро прижалась к девушке и впилась в её губы. Та обняла меня в ответ, но вскоре прервала поцелуй.
— Увы, не время, надо его допросить.
— Ты права, но, — яобвела рукой поле боя,— кровь-то бурлит.
— Как я тебя понимаю, — она вздохнула и покачала головой, — ладно, давай закинем его на мою лошадь и двинемся дальше.
— А обшмонать трупы? — удивлённо сказала я.
— Справедливо. Займись этим, я пока свяжу «языка».
Я ещё раз поцеловала подругу в губы и пошла обходить поле боя. Добыча была не очень интересной – простенькие мечи с клеймом портовой оружейной гильдии (людской, а не гномской, что уже говорило о цене, качестве и времени изготовления – то есть долго, дорого и хуёво), кожаные клёпаные доспехи без особых знаков отличий и качества, судя по тому, что один я располовинила вместе с хозяином.
— Не наш… свет… пока… не наш…
Ахаха, очень смешно, Хор. Так вот – медальон. Я перекинула цепочку через остаток головы, слегка запачкав её мозгами и поднесла круглую железку к лицу, включила ночное зрение. Явно не украшение – камней нет, металл не выглядит драгоценным: латунь, наверное, судя по бледно-жёлтому цвету. На аверсе символ в виде трёх корявых ромбов с общим центром, на реверсе символы… чёрт его знает на каком языке, но мне в голову его точно не вложили.
Убрав кинжал в кольцо, а амулет за пояс, я срезала кошелёк и заглянув в него, присвистнула.