Не знаю, когда она встанет в строй, но обязательно поправится. Конечно, если такие персонажи, как вы, не будут ее терзать. – Он решительно оттеснял оперативников к двери. – Операция прошла успешно. Она была не самая сложная, уверяю вас. Пуля задела легкое, прошла навылет. Какое-то время ей будет трудно дышать, возможны небольшие осложнения, но она справится. Женщина сильная…
– Эх, мужчины, – прошептала Настя, открывая глаза.
Она пыталась улыбнуться, но выходило это у нее как-то не очень.
– Не уследили за слабой женщиной.
– Настюха, девочка! – Шелест метнулся к ней, и доктору Гришаку пришлось опять его оттаскивать. – Будет тебе море цветов и вагон апельсинов. Ты только не покидай нас, договорились?
– По рукам, товарищ майор, договорились, не брошу я вас. – Она опять закрыла глаза и отключилась.
– Уходите, товарищ майор! – заявил доктор. – А то ведь не ровен час сообщу вашему начальству, что вы слишком много себе позволяете.
Нестора Кишко Станислав допрашивал лично. За дверью разочарованно сопели Гальперин и капитан Кисляр. Задержанный изувер выглядел не очень. Острые ощущения в животе до сих пор не давали ему разогнуться. Нижняя челюсть перекосилась, отправилась в свободное плавание, но это не мешало ему плеваться и шепелявить ругательства.
Стас дрожал от бешенства.
– Падла, не боюсь я тебя! Пошел ты, сука краснопузая!.. – Кишко раскачивался на табурете, подавшись вперед, шипел, как змея. – Всех вас сперва иметь буду, а потом на березе вздерну!
В ответ на вежливую просьбу Шелеста снять завесу с местонахождения базового лагеря Горбацевича Кишко подленько захихикал, принялся гримасничать. Он был полностью неадекватным.
Когда этот подонок начал оскорблять Настю, в которую он собственноручно выпустил пулю, терпение Стаса лопнуло. Он схватил упыря за шиворот, стряхнул с табурета и бросил к стене. Тот ударился затылком, но словно ничего и не почувствовал.