Снаружи темно, и я задаюсь вопросом, кто может оказаться на пороге в такое время. И тем не менее спускаюсь. Может быть, Феникс забыл свой ключ. Когда я открываю дверь, передо мной стоит Люцифер. Мое сердце начинает биться быстрее.
– Стар попросила меня принести вам что-нибудь из еды, – говорит он, протягивая мне корзинку. Почему он пришел сюда сам?
Я хватаюсь за дверную ручку, чтобы не закричать.
– Мы ни в чем не нуждаемся. – Не нужны нам его подаяния.
– Ты возьмешь эту корзину, а завтра позаботишься о том, чтобы твоего брата кто-нибудь приютил.
Он всегда был таким бессердечным? Возможно. Мое воображение возвеличивало его все это время."
"– Я останусь здесь так долго, как это будет ему необходимо.
К счастью, мой голос не дрожит.
– Не раздражай меня. Ты либо пойдешь со мной добровольно, либо я сам тебя заберу.
– Три дня, – требую я. – Ты должен мне три дня.
Его лицо выражает что-то, что я не могу идентифицировать. Затем он делает глубокий вдох.
– Три дня, ты возьмешь еду, и ты должна быть осторожной.
– Конечно, я буду осторожной, мне же еще нужно выполнить задание.
– Верно, – он поворачивается ко мне спиной. – Как и мне.
Затем он спускается вниз по ступенькам.
– Тебе больше нечего мне сказать? – Я переступаю через свою гордость, потому что мне просто нужно знать это.
Он останавливается на месте, но не поворачивается. А затем он просто уходит и забирает мое сердце с собой.
Через два дня мне становится ясно, что я действительно не смогу оставаться в библиотеке с Тицианом.
Эти комнаты хранят слишком много воспоминаний. Тициан настоял на том, чтобы пойти в школу, и я позволила ему это. А я просто хочу убежать от теней, наводнивших библиотеку. Мой отец, моя мать, призраки их друзей, которые когда-то приходили к нам в гости, отмечали здесь праздники и что-то обсуждали. Я брожу по комнатам и вижу Стар, сидящую за своей книжкой или работающую над мозаикой вместе с Фениксом. Интересно, она взяла с собой книгу или ей было плевать на нее, когда она встретилась с Люцифером? Все эти годы она хранила ее как зеницу ока.