Дале бы не стал орать на меня за то, что я изучаю тактику городского боя по видео, наоборот, похвалил бы. Ползай тут теперь по бетонной крошке — наверняка Хольт ее сам сюда и насыпал…
Я прижала левую руку к боку и поползла вперед, как гусеница. К счастью, оставалось недолго, пара метров — и я заняла позицию за куском пластика, изображающего дерево.
— Я ранена, — сказала я Эрике. — Давай ты наверх.
Эрика выразила лицом все, что она обо мне думала. Мы договаривались, что она будет стрелять снизу, а я полезу «на крышу» — то есть на макет, изображающий одноэтажный дом.
Так даже лучше. Я же видела, как она лазает. Разбег тут взять нельзя, но она и без этого справится в три секунды. Главное, закончить это побыстрее.
Я достала аптечку и принялась заматывать руку прямо поверх рукава. Если хоть как-то не перебинтую — Хольт еще и за это баллы снимет. Скажет, что я кровью истекла и умерла, а мертвые зачет не получают.
Тем временем Эрика заняла позицию — я увидела тень на стене и край ее ботинка.
Я снова спряталась, перекатилась (бетонная крошка больно впилась в плечо) и выглянула с другой стороны.
Стоило бы уже дать Эрике наводку на стрелка на втором этаже и отвлечь его внимание, пострелять немного и дождаться, пока Эрика попадет по целям, ей с крыши это будет удобно. Но что-то меня останавливало. Я принялась вглядываться во все окна по очереди. Опыт, полученный за три недели, говорил, что больше двух противников не будет.
И скорее всего, подумала я, это живой человек. На втором этаже, может, и автоматика, а туда Хольт кого-то посадил и велел ждать, чтобы нам подгадить. Ну вот уж хрен тебе.