– Наверняка знал, – немного подумав, ответила Алена. – Просто матери ничего не говорил, жалел ее, наверное.
– А с Галиной Владимировной ее сын никогда не ругался?
– Нет, что вы! – махнула рукой Алена и замолчала. Официант принес и стал расставлять на стол ее заказ. – Я же и говорю – наша директриса в сыне души не чаяла. А уж когда у него невеста появилась… Она уже и о внуках мечтать начала. Своих детей у нее не было, так говорила – хоть с детьми Глеба понянчусь. Она и фонд этот организовала только потому, что детей маленьких очень любила.
– Додонов говорил, что Глеб часто пользовался тем, что мать его любила, и просил у нее денег. И даже требовал.
– Ну, послушать Додонова, так… Впрочем, один раз было такое. Как раз накануне того, как Галину Владимировну убили. Я не весь разговор слышала, но поняла так, что Глеб Алексеевич очень на мать рассержен был, что она ему денег не дает, а он, мол, после свадьбы свою молодую жену хотел свозить в Египет или в Эмираты… Я точно и не помню, где там они собирались медовый месяц провести.
– Да, я в курсе, – ответил Крячко и добавил, улыбнувшись: – Давайте-ка, Алена, мы с вами поедим, а то еда окончательно остынет.
Девушка кивнула, и они с Крячко налегли на еду.
Глава 15
После разговора с Данилиным и обмена новостями с Крячко Лев Иванович направился в дом. Пройдя уже известным ему путем через застекленную веранду прямо в гостиную, хозяйки он там не обнаружил и хотел было уже идти искать ее, как она сама спустилась к нему со второго этажа. Девушка переоделась в длинный халат с длинными же рукавами и, по всей видимости, даже приняла душ – голова была обмотана полотенцем наподобие тюрбана.
– Жарко, – коротко пояснила Арина свое неожиданное принятие водных процедур. – Вы уж меня извините, я плохо переношу жару.
– Надеюсь, душ был не слишком холодный. А то у вас что-то и голос подсел, – заметил Лев Иванович.
– Да, есть немного, – согласилась Арина Данилина. – Зря я сок прямо из холодильника пила.