Он поворачивался с боку на бок, но ни на одном из боков ему не было удобно лежать. И не из-за жесткого гостиничного матраса, постель-то как раз была очень даже мягкой и комфортной, а из-за мыслей, роящихся голове. Гурову хотелось, как в старые времена, встать и закурить, хотелось вдохнуть в себя сладковато-горький дым, но он старался отогнать эти настойчивые видения и сосредоточиться на расследовании. И даже не на всем расследовании, а только на одном моменте – тени за гостевым домиком, которая попала на запись с квадрокоптера.
Устав маяться в постели, Лев Иванович встал и вынул из холодильника бутылку минералки, налил ее в стакан и сел на кожаный диванчик. Лев Иванович расслабился, позволив мыслям течь свободно.
"«Тень, а вернее, только половина тени однозначно была не мужской, – размышлял он. – Это подтвердил и специалист, когда кадры увеличили и часть силуэта, которая оказалась в кадре, рассмотрели поближе. Интересно, время было выбрано специально с расчетом, когда задний фасад гостевого домика будет практически в тени, или это случайность? В любом случае маскировка для того, кто подойдет к домику из сосняка, – отличная. А то, что стрелок подошел (или все-таки подошла?) к дому именно со стороны леса, сомнений не вызывает.
Гуров встал и, вынув из сумки блокнот и карандаш, начал набрасывать топографическую картинку расположения на участке Данилиных главного дома с гаражами, сарая для инструментов, мастерской, бассейна и гостевого домика. Потом он нарисовал места расположения гостей и жениха с невестой там, где они находились во время выстрела, и снова стал размышлять.
«Интересно, интересно, – думал он, рассматривая рисунок. – Невеста и жених стояли в очень выгодной позиции для стрелка, который находился в домике. Тень на видеозаписи видна, согласно счетчику времени, в шестнадцать ноль две, как раз в тот момент, когда квадрокоптер вылетел из зоны ведения съемок. Тень можно было наблюдать буквально несколько секунд, потом оператор развернул квадрокоптер и направил его в другое место.