Тебе не терпится вернуться на работу? Тебе начинает надоедать?
Или он просто устал от нее? Боится, что она может потребовать больше, чем он был готов дать? Ему не стоило бояться, она знала свое место.
— Ты не знаешь, о чем говоришь, Пенни. — Он бросил на нее огненный взгляд и встал. — Да, я думаю о работе, не могу не думать. Но меня волнует и что-то еще, и это не твое собачье дело.
— Я просто не привыкла, что ты такой тихий, — мягко сказала она, поднимаясь вслед за ним.
Ей хотелось коснуться его щеки, чтобы он поцеловал ее, почувствовать связь, которая установилась между ними прошлой ночью, но он почему-то воздвиг между ними стену, за которую не собирался пускать ее.
— Возможно, тебе стоит начать привыкать, — жестко сказал он. — Мужчине иногда надо подумать.
Пенни вздохнула и отвернулась. Теперь, когда все было сказано, воцарилась тишина, даже листья перестали шелестеть, и Пенни с ужасом заметила, что дети исчезли.
— Где Хлоя? — резко спросила она.
Взгляд Санто заметался по площади.
— Разве ты не следила за ней?
Она не могла винить его: это была ее работа.
— Ты не заметил, куда они ушли?
— Если бы заметил, окликнул бы ее, — отрезал он, бегая по площади и заглядывая в отходящие от нее улицы.
Пенни громко позвала Хлою, но на площади не было никого, не у кого было даже спросить. Ее сердце болезненно сжалось.
— Мы обыщем все улицы по очереди, — сказал он дрожащим голосом.
— Скорее всего, они все еще вместе, — сказала она. — Если так, она в безопасности.
— Откуда мы знаем? — огрызнулся он. — Она могла уйти одна, когда другим надоело играть. Она может быть где угодно.
Пенни затошнило, когда они разошлись. Она слышала, как он звал Хлою, а потом заговорил с кем-то на родном языке. Обернувшись, она увидела женщину, стоявшую у двери одного из домов. Санто позвал Пенни:
— За церковью играют дети. Я посмотрю там, ты продолжай искать здесь.
Пенни предпочла бы пойти с ним. Это была ее вина: не начни она этот глупый разговор, они бы заметили, куда ушла Хлоя. Она бегала по улицам, звала и смотрела во все глаза. Отдергивались занавески, люди выглядывали на улицу, чтобы узнать, что случилось, но нигде не было ни следа Хлои. А потом вернулся Санто, бледный, с затравленным взглядом.
— Она не с ними.
Пенни стало еще хуже.
— Это те самые дети?
Он угрюмо кивнул.